Он сел рядом, взгляд его был жёсткий, впрочем, как всегда. Я сейчас не выдержу расспросов и оскорблений. Мне и так жутко плохо во всех отношениях, душа и тело будто уже не со мной.
— Нам нужно поговорить.
Я смотрела равнодушным взглядом. По сути, что бы он сейчас ни сказал, тому и быть.
— Это мой ребёнок?
— Нет, — прямо смотря ему в глаза, ответила я.
Сейчас мне совершенно не хотелось рассказывать длинную историю о том, что я просто физически не смогла бы от него забеременеть. И врать тоже не хотелось.
— А чей?
Я молчала. История, которая вертелась на языке, даже мне самой казалась жутко глупой.
— Мы должны всё обсудить.
Он сказал слово «мы» и это грело душу, даже если он так не считает, даже если у него это вышло случайно. Это «мы» давало шанс на то, что я буду услышана.