Единственный (Изумрудный шелк твоих глаз) (СИ)
ЧПОК!
— Аааа!.. Чтоб тебя! — Взвыл Габраэл, вцепляясь в собственные ягодицы.
Арэль все-таки попытался пропихнуть пальцы глубже в попу в надежде получше захватить хрустальную затычку. Он даже рискнул немного выпустить когти, но ничего не получилось. И очередная неудача заставила его непроизвольно зарычать от досады. Габраэл же, уткнувшись лицом в перину, давно уже глухо матерился, старательно отклячивая попу.
— Ну, вот зачем было выбирать настолько большую?! — Терпению Арэля приходил конец. Он встал на колени между ног Габраэла и одной рукой сильно надавил ему на поясницу, заставляя еще больше прогибаться.
— Хотел как лучше… — бурчал в перину король, как можно шире раскрывая себе ягодицы руками.
— Как лучше, как лучше! — Передразнил его Ар. — А получилось как всегда!
— Да вытащи ты ее уже! Напрягает, знаешь ли, что в моей заднице посторонний предмет! Она не для этого предназначена!..
— Задница или пробка? — Не мог не съехидничать Арэль, продолжая ковыряться в королевской попе. — Ты же сам ее готовил под мой член,
— На твой член я согласен, — торопливо сообщил король, оглядываясь через плечо. — Но не на ЭЭЭЭЭТО!..
— Ну, и нечего было ЭТО совать куда ни попадя!..
— Арэль! Ну, пожалуйста! Спасай! Я ведь Защищающий… Нельзя, чтобы у меня ТАМ находилось ЭТО!
— Сам на такое подписался, — оборвал стенания любовника Арэль. — Вот ведь!.. И надо же было нарастить такие мышцы! Никаких доспехов не потребуется… Даже твердый хрусталь не выдержал. Оп!..
ЧПОК! И заковыристый мат вдогонку.
Габраэл невольно напрягся, пытаясь тужиться, и тут же получил смачный шлепок по относительно мягкому месту.
— Не вертись! — Приказал Арэль. — Мешаешь. И не сжимай так сильно ягодицы, я опять ее упустил.
— Да я ее вытолкнуть пытаюсь! — Возмутился Габраэл, опять оглядываясь через плечо.
— Ну, так п****. От души! Я, так и быть, окно открою.
— Не хочу! — Огрызнулся красный как вареный рак король. — За кого ты меня принимаешь?
— За придурка, которым ты являешься по определению.
— Арэль, ну, сделай что-нибудь! Не обращаться же с таким к магам! Стыда не оберешься!
— Ничего не получается.
ЧПОК.
ЧПОК.
— Ты же смазки не пожалел! Все скользкое!
— Мне что же, с этой ****** так и ходить?! — Взвыл несчастный король, все еще держась за разведенные ягодицы.
— Сам эту ***** засовывал! — Огрызнулся Арэль. Ему было одновременно и смешно и тревожно. Неужели придется дробить эту дрянь прямо внутри? Нет… тогда точно неудачная шутка обернется бедой. Да и без травм не обойтись.
— Вот кто просил тебя делать подобное? Извиняться он вздумал! Лучше бы другим извинялся. Все вы, Защищающие, с придурью! Тоже мне жертва — свой зад подставить!
— Кому как, — не остался в долгу Габраэл, устало переворачиваясь на спину. — Для меня, например, это подобно подвигу. Ты даже не представляешь, каково это — ломать собственные принципы…
— Очень даже представляю! — Буркнул князь, сверху вниз взирая на Гирр-Эстега. — И, поверь, ценю твой порыв. Но от пробки надо избавляться.
— Ари! Милый! Спасай! Ну, ведь наверняка что-то можно сделать?!
— Так! — Арэль решительно склонился над согнувшимся королем и положил ладони на его поясницу.
— Становись опять на четвереньки, — скомандовал он. — Не слишком приятный способ, но это единственно, что можно сделать… если только ты не задался целью ходить с этой пробкой всю жизнь.
— Делай что хочешь, но убери из меня эту гадость!.. — прошипел раздосадованный король, послушно прогибаясь под узкими ладошками Единственного.
— Терпи, — приказал Арэль. — Иначе мы ее никак не вытащим.
Пальцы хорошо обученного лекаря прошлись по определенным нервным точкам: не одни воины знают акупунктуру. Лекарям она известна в еще большем объеме. Другое дело, что подобные манипуляции… как бы сказать… довольно неприятны. Найдись иной способ освободиться от проклятой пробки, Арэль предпочел бы его.
Но выбора не было…
— АААААААааааааааа!.. — Габраэл, сверкнув накаченными ягодицами, стартовал прямо с четверенек, помчавшись в сторону неприметной дверки в углу спальни. И чуть не протаранил ее лбом, торопясь уединиться. Почти сразу из-за золоченых створок послышались весьма характерные звуки. И Арэль невольно захихикал, представив, ЧТО сейчас творится в умывальной комнате. Зато отчетливо расслышал стук злополучной пробки, вылетевшей наконец-то со свистом.
Спустя какое-то время, заметно успокоившийся и все еще смущенный Габраэл появился в спальне. И тут же завалился на кровать.
— А сразу нельзя было это сделать? — Спросил король у тихо хихикающего Ара.
— Хотел достать ее самым простым способом, — ответил тот, давясь от хохота. Гирр-Эстег с недоумением и с непередаваемым аристократизмом заломил правую бровь. И продемонстрировал избраннику отмытый до блеска зад.
— Прости… я тут, кажется, кончил вместе с этой пробкой. Но это ничего не меняет! Зато я готов тебя принять.
И выпятил попу, демонстрируя растянутый анус, что словно бы приглашал войти — уже не пробкой, а кое-чем иным.
Но Арэль продолжал хихикать, уткнувшись лицом в подушку.
— Что?.. — с недоумением и нарождающейся обидой начал было король. И вдруг, побледнев, вновь сорвался в сторону умывальной.
— Вот этого-то я и боялся!.. — сквозь хохот сумел выдавить Арэль, размазывая по лицу счастливые слезы. А чего грустить? Препятствие благополучно устранено, а то что кое-кому особо умному придется в туалет побегать — так взбудораженному кишечнику нужно время, чтобы успокоиться. Всяко лучше, чем снова заниматься акупунктурой. А нужных трав под рукой нет. Зато весело всем, а Гирр-Эстегу особенно!
— Что за хрень?!.. — растеряно выдал Габраэл, опять возвращаясь из ванной. — Я же очистился перед тем как… чего же меня гоняет?
— Нужные точки знать надо! — Арэль уже катался по кровати, наблюдая за тем, как король в очередной раз уносится из спальни. Мат, долетевший из-за перекошенной дверцы, вызвал у юноши очередной взрыв неконтролируемого хохота. Кое-как просмеявшись, Арэль сел на сбитых простынях и в пару движений довел себя до разрядки: судя по всему, Гирр-Эстегу будет не до чужого удовольствия. Свое бы в полной мере огрести.
Так и получилось. Несчастного короля гоняло еще несколько раз почти всухую. Пока он, наконец, совсем без сил не дополз до постели, успокоив собственный организм. Но при этом оба вымотались настолько, что ни о каком возбуждении и речи не шло. Причем Арэль устал не меньше Белого волка, успокаивая и массируя незадачливого любовника.
— Еще раз проделаешь подобное, сам тебя покусаю… — пробурчал Арэль, устраиваясь в кольце рук совсем измотанного короля: — Чтобы не мучился. Задницы у Защищающих не предназначены для таких манипуляций…
— Значит, так меня возьмешь, — ответил Гирр-Эстег, блаженно сжимая в объятиях своего Единственного.
— Держи карман шире! — Заявил князь. — Мне такие доказательства не нужны.
— Только не говори, что не хочешь попробовать сверху!
— Хочу, но не так!
— Спи, давай. Потом разберемся, что так, а что не так.
— Опять не поговорили о деле… — проворчал Арэль, закрывая глаза. — Ни разговора, ни удовольствия…
— Зато было весело, — уже сонно отозвался Габраэл.
— Тебе так особенно!.. — оставил за собой последнее слово вредный князь. И, наконец, заткнулся.
В конце концов, оба так и уснули, переплетаясь руками и ногами и зарывшись под сбитые комом перины.
…А утром пришла весть из Литиррина…
Глава 10
Арэль проснулся от жаркой тяжести, придавившей ему ноги. А потом его… там, внизу!.. взяли в нежный плен, медленно скользя губами по охотно вставшему члену.
С трудом разлепив ресницы, злостно не выспавшийся князь узрел Гирр-Эстега, смутно белевшего в полумраке спальни обнаженным торсом.
— Продолжим, милый?.. — жарко шепнул король, улыбаясь Арэлю.