АН (цикл 11 книг) (СИ)
Только Арвин в своих размышлениях упор делает больше на личную силу потенциального противника нашего Гуру. Примеривает на себя, насколько ему сильнее нужно стать. Я же в первую очередь исхожу из имеющихся данных и прикидываю, сколько Мастеров при поддержке техники способно загнать в угол моего здешнего биологического отца. Или же сколько Мастеров должно поддерживать среднестатистического вражеского Гуру, чтобы иметь решающее преимущество над великим князем Тверским, при учёте, что тот сражается в одиночку.
— В любом случае здорово, что ты на нашей стороне, — изрёк я, после минутного размышления.
Глаза Арсения округлились.
— Разве могло быть иначе, мой принц? — выпалил он.
Я вздохнул и покачал головой.
— Здорово, что есть Гуру, сочетающий жи́ву и альтеру. Это очень поможет нам с Арвином стать сильнее. В моём же случае имеется и второй плюс — есть человек, перед которым мне не придётся скрывать силы, но который при этом сможет обучить меня толково использовать атрибут «молния».
— Учить вас… — на лице Арсения появилась ностальгическая улыбка. — Навевает воспоминания.
Пусть моим учителем был и другой человек — старик Бронкс, в детстве Арсений показывал мне основы. А затем нередко был моим партнёром по спаррингам.
— И всё же, без обид, но как мне показалось, за шесть лет ты не смог выйти на свой прежний уровень в альтере, — серьёзным голосом произнёс Арвин.
Арсений сокрушённо выдохнул и виновато ответил:
— Да. Объём вырос незначительно. Но это потому, что я заранее попал в сильное тренированное тело. Несмотря на то что мой предшественник был тем ещё пропойцей, он от рождения являлся самородком. Даже по меркам носителей древней крови он обладал выдающимся талантом. Я уже попал в того, кто достиг ранга Гуру. Правда, официально ранг подтверждал уже я сам, опираясь на его воспоминания. В вопросе жи́вы я стал сильнее за эти годы. Но в альтере, — он неопределённо повёл рукой в воздухе. — Немного. И всё же, со своей прошлой проблемой я не смог справиться и в этом мире.
Арсений имел в виду точечный контроль. У воителей альтеры тоже есть свои ранги. Но зависят они не только от объёма альтеры, но и от умения её наиболее эффективно использовать. Для примера, высший ранг — Мастер. Мы с Арвином были Мастерами. Только Мастер может наиболее эффективно проводить инициацию. А перед Мастером на одной ступени находились два равных ранга (или же класса, как более уместно говорить в случае с альтерой): Ткач и Губитель. Ткачи имеют меньший резерв альтеры, но очень тонко её используют. Губители (они же «крушители» и «разрушители») — больший. Но как понятно из названия, расходуют энергию от всей широты своей души. Грубо говоря, уничтожают противника вместе с окружающей средой. И вот, если Губитель научится использовать энергию более сдержано, если познает точечный контроль — он становится Мастером. То же самое и с Ткачами, если со временем его энергетический резерв заметно вырастает, Ткач становится Мастером.
Так вот Арсений не смог стать Мастером, так и оставшись Губителем-крушителем. Я до получения Мастера, тоже имел этот класс. А вот Арвин раньше был Ткачом.
— И поэтому, — со вздохом продолжил Арсений, — за столь долгий срок я не смог инициировать ни одного воителя альтеры. Да что уж там, я даже не пытался.
— И правильно делал! — одобрительно хлопнул его по плечу Арвин. — Иначе поубивал бы всех рекрутов к Форкху, и вся недолга.
— Не переживай, — улыбнулся я своему старому слуге. — Ещё успеем наверстать.
***
На следующий день, в пятницу в пять вечера я стоял на сцене «Райских кущ». Разумеется, я приехал сюда не для того, чтобы исполнять танцы у шеста. И даже не затем, чтобы обучать танцовщиц — «старенькие» вполне справлялись с обучением новеньких.
Преследовал я куда более важную цель.
Выдохнув, я обвёл взглядом всех собравшихся. Пятнадцать секунд назад люди, сидящие за столиками, возбуждённо галдели. Теперь же все вытянулись по струнке и неотрывно смотрели на меня.
Здесь были не только мои ратники, но и работники «мирной сферы». Все проверенные временем и моей Аурой.
— Друзья, — громко начал я, — благодарю вас за то, что собрались здесь сегодня. Я бы очень огорчился, если бы вы не пришли и пришлось проводить праздник в полнейшем одиночестве.
Люди неуверенно заулыбались. Ну вот, так лучше. А то я ещё даже не начал, а они уже прониклись и сидят, будто заворожённые. Чрезмерный фанатизм превращает людей в роботов с не особо высоким искусственным интеллектом. Вредит гибкости ума.
— Но вы всё-таки собрались, — улыбнулся я. — И это здорово. Причина нашего собрания вам прекрасно известна. Я хочу поблагодарить вас за службу. С кем-то из вас я знаком уже больше полугода, с кем-то лишь пару месяцев. Но я уже вижу ваше искреннее желание плыть со мной в одной лодке. Одни из вас уже стали моими щитом — экономическим. Другие же становятся щитом и мечом в бою. Я ценю каждого из вас, и рад, что звёзды свели нас вместе. Я считаю, что каждый из вас более чем достоин стать Слугой. Не рода Оболенских, к которому я, как оказалось, принадлежу. А моим личным. Вы знали заранее, что я стремлюсь стать аристократом. Вы помогали мне идти к этому социальному статусу. Пусть я получил его чуть раньше и не тем путём, каким планировал, на наши с вами взаимоотношения это не повлияет. Я вижу в вас тех, кто всегда будет поддерживать меня и мою семью. И очень надеюсь, что я не ошибаюсь. Но… если я неправильно трактовал стремления какого-то из вас, прошу меня простить. Вы имеете полное право отказаться от Служения. Я всё пойму. И расстанемся мы по-доброму. Но тех, чьи стремления я разгадал правильно — милости прошу в мой дом. В обмен на службу я позабочусь о вас и о ваших семьях.
Пока я произносил речь, с каждым словом повышал концентрацию выпускаемой Ауры. И закончил почти традиционной в таких случаях торжественной фразой.
— Во имя Аскольда Андреевича Оболенского! — первым прогремел Вадим, подняв к потолку кулак.
Почти традиционный положительный ответ. Ведь обычно аристократы предлагают быть Слугами именно рода. И совсем уж по традиции было бы: «Во имя великокняжеского рода Оболенских».
— Во имя Аскольда Андреевича Оболенского! — тут же поддержали его Тамир и Ярый.
— Во имя Аскольда Андреевича Оболенского! — чуть сбивчиво выпалил наш «министр финансов» — Виктор Геннадьевич Хорькин.
— Во имя Аскольда Андреевича Оболенского! — загремел весь зал.
Глядя на всех этих восторженных людей, я испытывал огромную радость. Крайне приятно, что они хотят идти именно за мной. Что у меня уже есть команда преданных людей. Конечно, их ещё мало для создания полноценного независимого боярского рода… Но лиха беда начало.
— Друзья, благодарю за доверие! — спустя пятьдесят секунд я поднял руку, призывая народ к тишине. — А теперь небольшой праздничный банкет! И ни в чём себе не отказывайте!
— От души, господин!
— Спасибо, Аскольд Андреевич!
— Как же нам повезло с господином!
Пока народ вкушал праздничные угощения, юрист с помощником суетились между столиками, раздавая для ознакомления договора на Служение. Я наблюдал за ними, сидя за столиком с четырьмя моими приближёнными.
— Эх, господин, праздник — это здорово! — хлебнув пива, заявил Ярый.
— Но?
— Но движения какого-нибудь хочется. Надеюсь, в Сибири нас ждёт что-нибудь интересное…
— Надейся, что поездка окажется тихой и спокойной, — сурово проговорил Тамир. Наш Мастер посмотрел на него и усмехнулся.
— Господин, может быть, всё-таки позволите мне сопровождать вас? — жалобным голоском проговорил Вадим. И тоже недоверчиво покосился на Ярого. Мол, от такого телохранителя хлопот может оказаться больше, чем пользы.
— Нет, — отрезал я. — Ты мне в Москве нужен.
— Верно, — поддакнул Ярый. — Все ведь решили уже, не докучай Господину.
Эти двое начали вяло препираться, иногда к ним присоединялся Тамир, а Хорькин, далёкий от ратных дел, недовольно поглядывал на смутьянов. Ему-то явно не до поездочки в Сибирь! После изменения моего статуса на нашего «министра финансов» свалилась сложная задача — заниматься моими скромными финансами, планировать расходы и доходы, но… Расходы-то выросли. А официальные доходы — нет. На ту же поездку в Сибирь денег подкидывает «папка». И вот получается, что финансист за голову хватается от непонимания объёмов финансовых потоков. Но притом он мужик исполнительный и всё старается сделать идеально…