АН (цикл 11 книг) (СИ)

Я напоследок успел ещё немного расширить пробитое отверстие и убрал отбойник в сторону.
Архун и Ваня Лисин, поднатужившись, прижали трубу к небольшому отверстию.
Выключив отбойный молоток, я бросился им на помощь. Успел одновременно с Алисой, и мы оба схватились за свободные ручки.
Труба гудела и тряслась.
По расчётам Архуна четырёх человек вполне достаточно, чтобы удержать её. Причём себя он считает сразу за двоих из-за протезов.
Архун поглядывал на датчик, установленный почти в самом конце трубы. В один момент старик повернулся к Алисе и кивком головы указал на рубильник.
Девушка послушно выполнила волю наставнику, и через четыре секунды гул стих, а труба перестала дёргаться.
Я схватил ведро и сорвал с него запаянную крышку. Поднёс его край к отверстию, чуть наклонил.
Чёрная вязкая жидкость потекла сверху вниз. С её помощью я полностью заделал отверстие и оставил сохнуть.
Дело сделано.
Архун молча показал мне большой палец.
Я кивнул в ответ.
И мы пошли обратно к подъёмной площадке.
Я испытывал непомерную радость. Я знал, что «первая» тестовая добыча и переработка тайгия завершилась нашим успехом.
Иначе и быть не могло.
Но… Форкх меня дери, Алиса говорила, что ждала этой поездки, как ребёнок день рождения. А я, похоже, сейчас рад как ребёнок, получивший долгожданную игрушку.
Нам удалось на этой планете найти тайгий! А Архуну удалось реализовать наиболее эффективный способ его добычи.
Говоря совсем уж простым языком, природный тайгий — это тёмная пыль. Это газ с летающими в нём тёмными ошмётками. Но «ошмётки» — не мусор. Терять их нельзя, как и попусту выпускать газ.
Поэтому лучший способ добычи включает себя и одновременную переработку. Мы втягиваем естественный тайгий и разделяем его, нагреваем, охлаждаем, фильтруем.
На выходе получаем чистый тайгий — по сути, топливо, которое загоняется в баллоны.
И тайгс — материал, который заливается в бочки.
Сейчас мы заполнили один баллон и одну бочку. Архун сменит их и продолжит собирать ресурсы из раскупоренной сегодня жилы. А когда природный тайгий закончится, и пароду вокруг полностью разрушат, вероятно, найдёт тайгий-0. То, что в этом мире называют «усилок». Камень, представляющий собой осевший и лишённый большинства полезных свойств природный тайгий.
И тем не менее, ресурс имеющий в этом мире немалую ценность.
— Гляжу, ты счастлив, — заметила Алиса, когда мы, сняв противогазы, поднимались на поверхность.
— Ну ещё бы! Ведь мы сделали огромный шаг к нашей цели! — заявил я.
— Да, — кивнула Алиса, — дальнейшее укрепление и усиление нашего рода, и… — она чуть поджала губы, — то, чего хочешь ты, — а затем решительно повернула голову. — Учитель, Ваня, вы все проделали огромную работу!
— Благодарю, Алиса Андреевна, — за всех ответил Архун.
— В честь этого знаменательного события, член великокняжеского рода Оболенских, курирующий ваши исследования, просто обязан выписать всем премии.
— Приятно слышать, Алиса Андреевна, — улыбнулся мой старый учитель и лукаво посмотрел на меня.
— Не только вам, но и всем, кто здесь работает, — уверенно проговорил я.
Мои руки все ещё гудели от отбойника.
 Глава 13 
Вечером в пятницу двадцать третьего сентября я сидел за бумагами и ноутбуком в рабочем кабинете своего особняка, подаренного за победу во всеимперском турнире, и изучал отчёты.
Согласно отчётам, у нас всё отлично и ничто не предвещает беды.
После тщательной проверки сегодня наконец отправили в Сибирь новую партию рабочих.
Отлично!
Я откинулся на спинку кресла, и улыбка растянула мои губы. Из важных дел на сегодня у меня запланировано время с Вероникой. Себе дороже забывать про договор, согласно которому нужно баловать целительницу подарками и личным вниманием.
За дверью послышалось шебуршение.
Что такое? Какой-то шум… суета…
Неужели сегодня Вероника снова останется без внимания?
Дверь распахнулась, и я увидел на пороге своего подтянутого седовласого дворецкого.
 
— Прошу прощения, ваша светлость. Его сиятельство, княжич Новочер…
Григорий не успел договорить, ибо крепкая фигура княжича Новочеркасского появилась в дверном проёме и наглым образом оттеснила старика.
Арвин был зол.
— Пусти его.
— Так-то лучше, — проворчал Арвин и через плечо бросил дворецкому: — И вели водки подать!
Григорий перевёл вопросительный взгляд на меня.
Мои мысли пустились вскачь, пытаясь рассчитать лучший в данной ситуации вариант. Крепкий алкоголь в этом мире мы до полного совершеннолетия пить не имеем права. Но мы княжичи, а в душе взрослые мужики, так что какое это имеет значение. Да и попробовать крепкие напитки здесь уже успели.
Но всё же крепкий алкоголь я не очень люблю. Вино, пиво или медовуха пошли бы лучше.
Однако Арвин явно настроен серьёзно.
Эх… ну пусть будет водка.
— Неси, — вздохнул я. — И закуску не забудь.
Дворецкий послушно кивнул и исчез, бесшумно притворив за собой дверь.
Я перевёл взгляд на Арвина. Тот хмурился, развалившись в кресле. Что ж, перетащить его в гостиную не выйдет. Будем обсуждать все вопросы здесь.
Я встал из-за рабочего стола, чтобы пересесть в кресло напротив друга. Теперь нас разделял низкий журнальный столик.
— Ты один? — бросил он.
— Если ты про Борю и Глеба, то они тренируются. В отличие от некоторых, — спокойно ответил я.
— Какие молодцы, — фыркнул Арвин и уставился на золотую статуэтку двуглавого орла.
Я терпеливо ждал, пока друг сам расскажет, что его так взбесило.
— Хочу выпить, — заявил Арвин, заметив мой взгляд.
И с задумчиво напряжённым видом вновь отвернулся.
Мда, редко Арвина увидишь в таком скверном расположении духа. Даже тяжёлые сражения с большими потерями он переносит, становясь холодным и решительным.
Эх… почему-то я уверен, что знаю причину его недовольства.
Григорий вернулся быстро — самолично принёс наш заказ, не став прибегать к помощи служанок. Дворецкий ловко накрыл стол и без промедления ретировался.
«Красочная поляна» — всплыло у меня в голове словосочетание из лексикона местных, когда я увидел разноцветные разносолы, расставленные на столик.
Арвин откупорил покрытый испариной графин и наполнил до краёв две рюмки.
— Ну, за гостеприимство, — изрёк он и, не чокаясь, выпил.
Я взял свою рюмку. Хм… холодненькая… Хорошо пошла! А теперь закусить огурчиком.
Арвин наколол на вилку крупный маринованный гриб и, прожевав, внимательно посмотрел на меня.
— Меня отвергли, — изрёк он. — Хочется верить, что это временно, но всё равно неприятно.
Как я и думал.
— Подробности? — деловито спросил я. — Полагаю, речь идёт о совместном походе на школьный бал?
— А о чём же ещё? — вздохнул он. — Поговорил я, значит, с Юлей как обычно. Мол, пошли вместе, моя красавица, покажем всем, кто самая лучшая пара на балу, кто ловчее танцует вальс и задорнее играет в ручеёк. А она такая: «извини, не в этот раз».
Арвин покачал головой. И снова потянулся к графину.
— Ты ведь понимаешь, что и отказ посетить свадьбу Мари и Вадима, сославшись на срочные дела в Казани, тоже неспроста? — спросил он, снова наполняя рюмки.
— Понимаю, — кивнул я. — А ещё понимаю, что Юля терпеть не может ходить вокруг да около. И должна была дать понять тебе, в чём причина её поведения.
— Она и дала… понять, — Арвин поднял свою рюмку. — Ну, за понимание, — сказал он, и мы снова выпили, не чокаясь. Сделав пару укусов солёному огурцу, мой друг вновь уставился на золотого двуглавого орла. — Сказала, прости, мол, дела рода. В ближайшее время мы не сможем выходить в свет вместе. Форхово дерьмо! — он стукнул кулаком по столу. — Я ведь и пару раз её на свидание звал в этом месяце, тоже отбрехивалась…
— И? С кем она пойдёт?
— Я спросил её, — кивнул Арвин. — Она замялась… Но в итоге ответила, что с Нарышкиным.