"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Князь замолчал.
— Государь, — осторожно начал Затолан. С другой стороны, может, рано мы обеспокоились? Черные туманы над Изломом и раньше вставали, и ничего. Да и сартоги как приходили, так и уходили несолоно хлебавши. Нет! Расслабляться ни в коем случае нельзя, но ведь до весны у нас есть еще время? Зимой они не нападут, а за Изломом мы постоянно следим. Пошлем туда с десяток Защитников, да ратников пару сотен, чтобы сдержали первую атаку. А мы пока попробуем договориться с акианцами. Авось и отсрочим войну, а то и вовсе мирно дело решим.
Богомил мрачно кивнул соглашаясь. Видно, сказанное советником не расходилось с его собственными мыслями.
— Я хочу познакомиться с Защитницей, — неожиданно вернулся к прежнему разговору Князь, хотя Затолан уже и не надеялся. — Пригласи-ка ее во дворец, скажем, через седмицу.
— Богомил, сила Кирраны сейчас нестабильна и требует особых условий, — мягко возразил Затолан. — Девочка только учится ее контролировать и, хотя делает успехи, пока она попросту опасна. Я бы не рекомендовал…
— Когда?
— Думаю, к Зимнему маскараду вполне освоится.
— Хм, хорошо. Пусть будет так, — заглотил наживку Великий Князь.
* * *
— Маскарад? — Махаррон недоуменно уставился на зажатое в руке официальное приглашение. — Но разве нельзя вызвать нас в столицу, в любой другой день? Зачем терять столько времени, ради пары-тройки ни к чему не обязывающих фраз?
Настоятель Северной Башни не мог взять в толк, о чем Князь хочет говорить с его внучкой.
— Богомила одолела идея. Он хочет видеть Защитницу в качестве телохранителя для супруги, отсюда и желание взглянуть лично, а может, и с Любомирой познакомить.
— Разве во дворце мало Защитников? Двое день и ночь охраняют княгиню, ночуя под дверью. После загадочной смерти Алексии Князь пристально следит за безопасностью семьи.
— Махаррон, Любомира не Алексия. Несмотря на всех рожденных детей, она крепка, красива и по-прежнему весьма… любвеобильна. Возможно, Богомил как раз и опасается Защитников у дверей опочивальни.
— Затолан, не мели ерунды! — одернул тин Хорвейга Настоятель.
— В любом случае, Киррана сможет охранять и внутри покоев. Это гораздо безопаснее. Особенно сейчас, когда акианцы делают все, чтобы завладеть нашей частью Ожерелья Киаланы.
— Хорошо, но это-то здесь при чем?
Махаррон потряс грамотой, и с исписанного вычурной вязью листа посыпалась золотая пудра.
— Мне кажется, Князь желает взглянуть как будет смотреться твоя внучка на светском приеме. Ты же знаешь, как Любомира любит праздники? Кирране придется повсюду ее сопровождать и быть достойной сего высокого положения. Подозреваю, это своего рода испытание, ведь для многих не секрет, что твоя внучка выросла в деревне и не получила соответствующего воспитания. Мы должны их приятно поразить, — советник с видом заговорщика понизил голос. — К счастью, она достаточно хороша, — победно продолжил он, наблюдая как недоумение на лице Настоятеля сменяется сомнением. — Подозреваю, если Киррану принарядить, она превзойдет красотой и статью половину придворных барышень, но этого, конечно, недостаточно.
Затолан многозначительно глянул на Махаррона.
— Хм… и что я должен делать?
— Ты совсем одичал в своем Ордене?
Затолан едва скрыл довольную улыбку.
— Может, у меня просто никогда не было дочери? — огрызнулся глава Северной Башни, все еще хмурясь.
Ему страсть как не хотелось выпускать Киррану за пределы стен цитадели. Воспоминания о «Большой Охоте» до сих пор отзывались колотьем в сердце. Но не отказывать же Князю в такой мелочи? Он поиграл желваками.
— Манеры, танцы, наряды?
Затолан согласно кивнул.
— И где я возьму учителя танцев? А портного? Махаррон обвел рукой кабинет, намекая на Орден в целом. — У меня нет времени ехать в столицу и заниматься поисками и проверками. И совсем нет желания пускать сюда какого-то хлыща с улицы. Среди этих портных в кого не плюнь, попадешь в акианскую морду. Да стоит ком только прознать, и мы будем без конца сбрасывать со стены шпионов!
 
Глава Защитников все больше раздражался.
— Примутся шнырять, да вынюхивать, и это в то время, когда идет подготовка курсантов, которых придется отправить к границе с Изломом. Ты видел последнее донесение?
— Еще нет. Как только прибыл, сразу к тебе. Но Князю пришло письмо, про черный туман. Что-то еще случилось?
— От Дальней заставы отправляли ратников, те вернулись с половины пути, рассказав, что теперь к Храму-Киаланы-у-Излома не подобраться. Его уже отрезало от остальной пустоши. Неизвестно, что сталось с обитательницами. Невозможно передать им припасы, хорошо, что основная поставка была еще до наступления холодов.
— Святые стены охранят жриц от чудовищ хоть бы и до весны. Если будут экономить, припасов хватит. Источник внутри у них имеется. Если и стоит переживать, то только за их разум.
— Верно, но только в том случае, если весной туман схлынет. Мы с Агилоном всю ночь корпели в архиве. Об этом явлении упоминается единожды. Около двухсот зим назад случилось нечто похожее. Туман накрыл пустошь целиком, но в старых записях нигде не сказано, как с этим бороться.
— Махаррон я не хуже тебя знаю историю. Хотя на наш век пришлись лишь отголоски, но официально последнее чудовище, из волны порождений, вышедших из Излома, было уничтожено всего лет как двадцать назад.
— К тому моменту уже давно все прекратилось, черный туман схлынул, а Излом затих. Новые твари больше не являлись, а добивая разбежавшиеся остатки по лесам, мы так и не смогли разобраться, что же произошло и почему все закончилось само по себе. Орден несколько лет проводил исследования на месте. Я уже седмицу изучаю записи, пытаясь понять. В том числе и те, которые сделали Хранители. Ни один Защитник, из тех, кто приблизился к Излому так и не смог вернуться, чтобы рассказать об увиденном. За ними посылали и простых людей, но…
— Ты хотел сказать, отребье из каторжников, приговоренных к смерти?
— Не только. С ними на расстоянии ходили и обычные ратники из добровольцев. В последний раз тех и тех пятеро — всего десять человек. У ратников были добрые луки. Вернулся только один, да и тот повредились мозгами. Лекари пытались что-то добиться, но тщетно. Хотя, в момент просветления удалось узнать, что каторжники на подходе к Излому побежали, и их пришлось застрелить. Затем два ратника вызвались пройти дальше и глянуть — там вроде как тело обнаружилось или какой-то предмет. Их привязали на веревку, но один сумел развязаться и сиганул в Излом, только его и видели. Второй вернулся, но набросился на товарищей и чуть ли не зубами вырвал им глотки.
— А тот? Который спасся?
— Деру дал заранее, так и бежал без остановки, пока к своим не вернулся, а того, кто за ним гнался, пристрелили с дозорной башни на всякий случай, чтобы заразу дозволили.
Затолан заинтересованно прищурил глазки.
— Кстати, а про сартога ты слыхал?
— Того, которого в плен недавно взяли? — уточнил Махаррон.
— Ага, о нем.
— Слыхал. Вот же невидаль — по-нашему немного разумеет. Сказывает, что с Князем говорить хочет про Хыынг-Нуура своего и Излом талдычит. Сначала думали казнить, но кто-то из местных разобрал, что он там на своем бормочет — ратники-то по-ихнему талдычить тоже чуток навострились. Вот и решили, что сначала надо бы нам на него взглянуть. Хуже не будет, но вдруг что интересное узнать удастся об Орде?
— И то верно. Казнить и здесь успеем, а один сартог вряд ли опасен. Они же как саранча, только скопом на что-то и годятся, — презрительно скривился советник. — Так, вот насчет танцев, — повернул Затолан разговор в прежнее русло. — Я тут подумал, пускай мой племянничек Кирраной займется, у него большой опыт.
Затолан многозначительно хмыкнул, намекая на времена, когда Пасита не пропускал ни одного приема.
— Заодно и к портным съездит — молодежь в моде лучше нашего разбирается.
— Твой племянник? — нахмурил кустистые брови Настоятель. — Моя б воля я бы его, вообще, к своей внучке на версту не подпустил…