"Фантастика 2024-118". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
И всё же, проводить полноценное расследование в походных условиях проблематично, тем более что в это время более насущная проблема вражеской крепости совсем не собиралась хоть куда-то деваться. Не смотря на многодневные пушечные обстрелы, от которых стены замка значительно просели, гарнизон сдаваться не собирался. Нет-нет, но они пытались накрыть нас залпом застенного требушета, что было вовсе не результативно, но сильно действовало на нервы и это мне надоело. Как бы я не пытался сохранять жизни бойцов, но при наличии значительных запасов пороха, можно было позволить себе взять парочку крепостей.
Мне удалось снять с коней дворян, перемешав их со своей полулатной пехотой. Если в моей реальности средневековая европейская аристократия без особенных проблем спешивалась и шла в бой на своих двоих, то для ларингийских рыцарей это было чуть ли не бесчестием и приказ такой мог отдать чуть ли только не один монарх. Блаювизы и Зваарты происходили из Южного Рюгленда, а потому в значительной мере ассимилировались и породнились с ларингийским дворянством, переняв у них в том числе и боевую тактику. Из-за этого я принял послушание моим приказам за большую честь, встав, как обычно и бывало, в первом ряду первой группы.
Справедливости ради, дворяне в пешем бою показали себя ничуть не хуже, чем моя привыкшая биться в строю наёмничья пехота и не рушила прущую стену. Я взял на себя роль импровизированного допельзольднера, облачившись в трёхчетвертной латный доспех и взяв с собой полюбившуюся полуторную сабля. Суть допельзольднеров была в том, чтобы своими латным телом раздвигать пики, врубаясь в строй противника и руша его оборону. Пиками здесь ещё мало кто пользовался, но вот тяжёлые пехотные копья никто не отменял, и моя роль от того не менялась.
Не успели мы вступить на склон холма, как со стен на нас посыпался град стрел, задорно звякающих об латные доспехи. Снаряды разлетались в стороны, не нанося никакого вреда упрямо идущему вперёд строю. Если раньше такой обстрел мог хоть ненамного внести сумятицу в ряд наступающих, но сейчас, умудрённые битвами, наёмники просто наклоняли головы и пёрли вперёд. Холм был невысоким и уже через несколько секунд мы взбирались по обломкам стены. Ни о каком сохранении строя здесь речи уже не шло и моё преимущество в дисциплине несколько угасло. Однако и доблести моим бойцам было не занимать, и они с храбростью львов стали резать защитников крепости. Им не могли помочь ни доспехи, ни занятая позиция, ни оружие. Кровь лилась по все стороны, а крики раненных утопали в песне стали.
Главным «певцом» в этой симфонии был Сезар. Этот облачённые в доспехи титан просто расшвыривал врага, лишая врагов конечностей ударом своего тяжёлого монструозного топора. Мне по шлему даже ударила чья-то отсечённая кисть, а сам Сезар будто просто развлекался, похожий если не на Бога Смерти, то уж точно на его сына.
За стены мы прорвались меньше, чем через десять минут с начала схватки. Бой двух строёв теперь разделился на отдельные схватки. Мне достался какой-то богатый воин в украшенном латном панцире, активно пытающийся достать мою горячую голову клевцом на длинной рукояти. Не смотря на вес доспеха, он двигался, активно выписывая странные пируэты и бесконечно стараясь сократить дистанцию. Я сделать ему это не позволял, постоянно отгоняя его быстрыми ударами, от которых на его доспехе стали появляться глубокие рваные борозды. Не желая долгого сражения, я шагнул к нему вперёд и нанёс удар из неудобного положения. Сабля влетела прямо сочленение наколенника и наголенника, прорубив металл и застряв там. Крепостной воин рухнул на спину, выпустив из рук оружие и заорал что было сил. Вытянув из ножен кинжал, я напрыгнул на него сверху, вгоняя четырёхгранное лезвие прямо в глазную щель его шлема. Под клинком что-то лопнуло, после чего кинжал с лёгкостью вошёл в упругий мозг.
Со спины на меня побежал один из защитников, вооружённый тяжёлой алебардой. Понимая, что с вытянуть оружие не успею, выхватил из кобуры пистоль и выстрелил, практически не целясь. В голове промелькнула мысль о том, что его угловатый горжет просто отразит пулю, но нет – защитник рухнул как серпом скошенный.
К тому моменту как я поднялся на ноги и вернул своё законное оружие, Зеф стянул с флагштока старое знамя. Этот вечно улыбчивый наёмник, как и я предпочитающий сабельный бой, был до невозможности быстр, а потому его манёвру я был вовсе не удивлён. Похоже, что саму крепость ещё зачищали, пока я тянулся к своеобразной сухарке у меня за спиной. Именно там хранилось одно из имеющихся у нас знамён Лиги. По поводу изображения на куске ткани в одно время развернулись сильнейшие споры. Было необходимо создать знамя, которое не будет отсылать у хоть какому-то из Домов, что было задачей неописуемо трудной, особенно учитывая тот факт, что одних только крупных Домов во всей Лиге набралось четыре с лишним десятка, каждый из которых пытался максимально проявить свою идентичность. Несколько часов споров среди членов Домов так ни к чему и не привели. Пришлось мне вспоминать всю практику геральдики моего мира, обращаясь ко всем стандартным её решениям. По итогу получилось что-то странное, тем не менее отражающее основные аспекты Рюгленда. На белом фоне была нарисованы голубые вены реки Рюг на белом фоне и шесть жёлтых звёзд, символизирующие изначально пришедшие на эту землю дикие племена.
Такой флаг мы по итогу и водрузили на крепостной флагшток. Я сидел во дворе крепости, наблюдая за тем, как бойцы обдирают трупы павших защитников. Снимали с них всё, что могло бы стоить хоть каких-то денег. Особенной строкой доходов таких вот мародёров были золотые зубы. За ними особенно часто охотились воины с особым желанием выдирая их из челюстей щипцами, зачастую разламывая всё лицо. Стоит ли их осуждать? Вовсе нет, ведь мёртвых мы хороним по всем правилам жизни, а мертвецам злато ни к чему.
После полной зачистки крепости, включая глубокие казематы, я вышел из укрепления, расстилая на походном столике карту. Она была из новых и мне пришлось отвалить за неё почти два десятка монет. Цена была ещё маленькой, ведь перерисовывала целая ватага писарей. Вооружившись угольным карандашом, я перечеркнул крестом только что взятую крепость, после чего взглянул на своё творчество, довольно потирая руки.
Всё только начинается…
Глава 14. Холм мертвецов
- Мой Король! Мой Король!
Молодой паренёк-оружейник скакал через поле, не жалея своего пегого коня, стараясь привлечь внимание монарха, размахивая при этом длинным чёрным платком. Он был ещё далеко и голос сквозь расстояние слабо доносился до ушей, но владыка всех северных герцогств жестом приказал своему охранению остановиться. Молодой всадник, добравшись до монарха, резко остановил коня, копыта которого пробороздили земля, подняв в воздух комья грязи. На него тут же уставились несколько озлобленных глаз охранения и сразу же завжикали вынимаемые из ножен мечи.
- Мой король, у меня к вам срочная новость! – тяжело дышал всадник, шаря руками по кожаной седельной сумке.
Один из телохранителей монарха было придвинулся к всаднику, но монарх положил ему на плечо ладонь в красной перчатке, и воин тут же вернулся на своё место, открывая обзор королю.
- Назовись, воин. – властным голосом приказал Кловис.
- Я Василь из Редхолма! – переведя дух ответил тот, - Мой отец предал вас и сейчас войска нашего Дома направляются в сторону Орлаёна!
- Ты верный воин, Василь. Я ценю твою приверженность моему трону. Ты проделал долгую дорогу и тебе нужно отдохнуть.
Всадник поклонился в седле и спешно спрыгнул с коня, после чего поспешил убраться с глаз своего правителя. Кловис же даже не заметил того, что это дворянин, будучи гораздо ниже его по статус, не слез с коня, как только приблизился к нему. Его озадачивали новости. Вести о том, что Рюгленд перешёл в наступление ограниченными силами, ходили уже давно, но Кловис надеялся на то, что усиленные гарнизоны замков сдержат наступательные намерения до того раздробленного государства, неожиданно быстро начавшего объединятся против одного врага. Однако же можно было определённо сказать о том, что пороховые орудия были применены, а там, где порох, там и Вадим.