Неизвестный Юлиан Семенов. Умру я ненадолго...

Ответ: Эта версия строится на косвенных и прямых допусках. Косвенные — стали уже общеизвестны, это документ царской охранки, над которым, впрочем, надо еще работать и работать, изучая его в контексте эпохи.
 А вот прямой допуск несколько парадоксален: ни я, ни мои коллеги-историки из архивов ни разу не встречали в хранилищах протоколов допросов царскими юристами «гения» Сталина, а ведь если верить автобиографии, то арестовывали его неоднократно. Нет ни одного объявления во «всеимперский розыск». Хотя он утверждал, что постоянно убегал из ссылок.
 Есть телеграммы и приказы о розыске Дзержинского, Рыкова, Троцкого, Ивана Н. Смирнова, Камо; есть сотни документов о таких революлюционерах, как Роза Люксемберг, Пилсудский, Ной Жордания, Деканозов, Керенский, Чернов, Мартов…Тысячи политических рапортов о жидомасонах, кадетах Милюкова, октябристах Чернова, шовинистах доктора Дубровина, меньшевиках Плеханова, а вот про Сталина нет документов.Почему?
 Вопрос: «До каких пор у Красной площади у Мавзолея будут покоиться такие злодеи, как Сталин, Вышинский и иже с ними?» (Из письма Виктора Туманова, Москва.)
Ответ: Считаю, что Красная площадь и Кремлевскую стену надо от них очистить. Не понимаю, почему до сих пор это не сделано. В данном случае затяжка преступна!
Вопрос: «Какое человеческое качество кажется вам наиболее отвратительным?» (Из письма Инны Воронковой, Гомель.)
Ответ: Их несколько. Основными я бы обозначил равнодушие, трусость, иждивенчество и зависть.
 Если бы у нас не культивировали иждивенчество («пусть государство обо мне позаботится»), а учили умению сражаться за свои права, записанные в Конституции, мы бы избежали многих бед.
 Крепостное право, община, колхоз нивелировали людей, страшились появления Личностей, науськивали на них тысячи запуганно-равнодушных, бесправных, разуверившихся людей: «пусть живет, как все, и не высовывается!»
Там, где общины не было, где не царствовал рабский труд, пепелящая зависть не проявляется в такой страшной форме, как в странах, лишенных традиций демократии и Личности.
 КОЛОНКА ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА «СОВЕРШЕННО ОТКРЫТО-8»
  «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО» (июнь 1990 г.) 
ВСЕГО ОДИН ГОД…
 Прошло двенадцать месяцев с тех пор, как начал выходить наш независимый (первый в стране) международный ежемесячник.
 Оценки, которые школа выводит учащимся, к тем оценкам, которые янамерен дать в этой краткой заметке, не имеют никакого отно-89шения, ибо по-прежнему школа гонит валовой показатель успеваемости, а нам надлежит думать не о вале, но о качестве.
 Итак, что же было в фокусе нашего внимания за прошедший год? Так называемый «марксизм-ленинизм» и Перестройка, агрессия в Афганистане, необходимость экономических и правовых реформ, проблема роста преступности, шовинизм и национализм, вклад Андрея Дмитриевича Сахарова в борьбу за гражданские права, кардинальное изменение в отношении общества к религии, выступления против консерваторов за свободный рынок и предпринимательство, проповеди отцов Церкви, борьба за достоинство Личности, поддержка инициатив Михаила Горбачева, направленных на создание общеевропейского дома, новой атмосферы в мире, — доверия, а не конфронтации, борьба с Административной системой, призванной душить все передовое, неординарное, публикация неведомых ранее широкому читателю работ Замятина, Волошина, Бальмонта, Ремизова...
 
 В отличие от других журналов и газет, мы работаем в двухкомнатной квартире, нас всего двенадцать человек, и я не могу не принести самую глубокую благодарность тем, кто поверил идее создания газеты и сделал ее явью, в первую очередь я имею в виду годовалых «ветеранов», чьи имена вы видите в списке членов редколлегии и педсовета.
 Мы открыты всем мнениям — даже тем, с которыми не согласны; мы лишь оставляем право высказать свое отношение к публикуемому материалу, пусть читатель сам принимает решение, — за годы Перестройки он стал умным, умеющим отличать злаки от плевел.
 Мы получаем множество писем от читателей с вопросом, где можно подписаться на наше издание. К сожалению, будучи международным, неправительственным изданием, мы не имеем фондов на бумагу, как остальные газеты и журналы СССР.
Именно поэтому, видимо, «Совершенно секретно», как и «Детектив и политика», продается спекулянтами втридорога; нашей вины в этом, право же, нет, может быть, у правительства в недалеком будущем мы получим право приобретать бумагу и тогдаоткроем подписку, прекратив таким образом спекуляцию, — дефицит увещеваниями не одолеешь, только рынком.
 Мы награждали и будем впредь награждать наиболее отличившихся работников МВД, стоящих на переднем крае борьбы с организованной преступностью.
 Мы будем продолжать нашу борьбу против консерваторов, явных и скрытых противников Перестройки, имя которым — саботажники, мечтающих о «твердой руке», реанимации ГУЛАГа и психушек, глумления над достоинством Гражданина, придерживающегося иного мнения, мыслящего инако, не как все.
 Мы создали Советский Антифашистский Комитет, к работе которого примкнули многие общественные организации страны: «Мемориал», «Апрель» и другие. В ближайшее время мы проведем Первый конгресс, который объединит тех, кому дорога память о жертвах фашизма, кто помнит ужас гитлеровского и сталинского террора, двух самых кровавых тиранов в истории человечества.
 Мы помогли становлению газеты «Протестант» и журнала «Ринг»; мы стали одним из спонсоров «Русского культурного центра в Преображенской слободе»; при нашем содействии выходит «Вестник еврейской культуры в СССР»; нашей редколлегией создан музей великого русского мыслителя Николая Бердяева; десятки тысяч москвичей отдали дань благодарственной памяти великому изгнаннику, нашедшему свой последний приют в Париже; тем не менее все возвращается на круги своя, — Бердяев был, есть и будет русским; наша дочерняя фирма, первое в истории страны советско-французское совместное предприятие — издательство «ДЭМ» — выпустило книгу трудов мыслителя; нашим следующим шагом будет выпуск полного собрания сочинений Бердяева.
 Мы намерены сделать все от нас зависящее, чтобы воздать должное блистательной плеяде русских мыслителей: Вернадскому, Шесто-ву, Франку, протоиерею Булгакову.