Механики (СИ)

Джульетта уже схватила свой меч и, яростно крича что-то на своём языке, уже резала второго напавшего, часть её футболки была разорвана, и частично была видно её грудь, но она, не обращая на это внимание, продолжала ловко крутиться и тыкать своим мечом в аборигенов. Её Ромео пытался к ней прорваться, у него это практически получилось, но тут он увидел, как Санычу врезали сзади по башке, и другой абориген уже замахивается своей дубиной, чтобы его добить. Ромео мгновенно принял решение и наотмашь провел по нему ножом, тут же развернулся вокруг своей оси и вторым ножом, который был зажат у него в левой руке, полоснул того по горлу. Затем схватил потерявшегося в пространстве Саныча за футболку и, взревев, рывком оттащил его к Хаммеру.
— Джульетта, сзади! – заорал Колючий, увидав, как к ней сзади бежит с копьём наперевес один из аборигенов.
Она, не слышала его в пылу драки, в этот момент как раз резала очередного, но услышал Крот и успел встать между Джульеттой и бегущим на неё каким-то лохматым чудиком. Отбил его тычок пикой и врезал ему двоечку в рожу и ещё маваши, ну удар ногой в голову. Абориген тут же потерялся, и его повело, к нему подскочил Ромео и вонзил ему нож сзади в спину. Аборигена аж дугой выгнуло, а Ромео вытащил нож и перерезал ему горло. Оба улыбнулись, кивнули друг другу и попёрли в драку дальше.
Няма лупил двоих аборигенов своими здоровыми ручищами, в каждый свой удар он вкладывал всю силу. Аборигены уже были без своего оружия и думали, что они справятся с Нямой легко, ага, наивные. Оба тут же разлетелись от хороших таких боксёрских ударов.
Раздался пистолетный выстрел, за ним ещё один. Кто-то схватился за пистолет и теперь методично расстреливал бегающих с дикими криками по лагерю аборигенов. Вскоре к нему присоединился второй пистолет, помпа, захлопали выстрелы. После того как открылась стрельба, аборигены мигом прекратили своё нападение и драку и, бросив своих товарищей, сверкая пятками испарились в ночном лесу.
— Все целы? – тяжело дыша, громко крикнул Грач, крутясь на месте и осматривая место схватки.
Тут его привлёк звук ударов, обойдя багги, он увидел, как на одном из аборигенов верхом сидит Кирпич и методично, не спеша, хорошо так с оттягом превращает лицо лежащего под ним аборигена в кровавую маску, даже в мясо. На щеке Кирпича глубокая царапина или порез, и половина лица у него в крови.
— Кирпич, хватит, – крикнул Грач.
Тот нанёс ещё пару ударов и остановился, затем посмотрел на Грача горящими глазами, спокойно слез с уже крепко избитого аборигена, поднял валяющееся в паре метров от него копью и, подойдя назад, вонзил аборигену в район сердца.
Вообще в этой драке очень многим ребятам досталось, вон у Лешего нос разбит, у Казака на голом торсе две длинные царапины, одна из них довольно-таки сильно кровоточит. Саныч так и валяется около машины, Рыжий баюкает руку, Винт охает и морщится, но, взяв свой большой нож, ходит и методично дорезает слабо шевелившихся туземцев на земле.
За оружие успели схватиться Мамуля с Одуваном, именно они предопределили исход драки и обратили в бегство аборигенов. Одуван с деловым видом меняет магазин в пистолете. Мамуля подошёл к ближайшему аборигену, ткнул его ногой, убедился, что тот жив, кивнул себе головой и, наведя помпу ему в голову, выстрелил, башка аборигена тут же разлетелась на десятки кусочков.
— Все живы, мать машу? – вздрогнув от выстрела помпы и пригнувшись, снова крикнул Грач.
Ему тоже досталось в драке, левое ухо больше второго и красное, на скуле синяк, левого кроссовка нет, и штанина порвана.
— Все вроде, – охая, выполз из-под машины Лев Олегович.
В руках у него был нож и монтировка. Ну да, он не боец, правильно сделал, что под тачку забрался, а то бы и его зашибли.
Ромео и Джульетта стояли вместе и смотрели по сторонам, держа наготове мечи.
— А деваха-то молодец, – улыбнулся Крот, кивнув на сладкую парочку, – мечом махает будь здоров, и этих кренделей почуяла.
— Да и Ромео не отстаёт, – добавил Мага на ходу, направляясь к уже очнувшемуся Санычу.
— И тебя спасла, – буркнул Грач, подбирая свой кроссовок.
— Идите сюда уроды – внезапно все услышали полный ярости крик и из-за баги с пулемётом наперевес выбежал Няма и открыл бешенную стрельбу длинными очередями по лесу, в который только что нырнули напавшие туземцы. Няма орал и орал и поливал лес вокруг. Тут же к нему присоединился Мага, тот схватил сразу два Калаша и стал стрелять из них.
Мушкетёры недолго думая открыли огонь из своего оружия. Лес тут же наполнился звуками стрельбы и запахом сгоревшего пороха. Ромео и Джульетта тут же упали на землю и зажали уши руками.
— Прекратить стрельбу – присев от неожиданности заорал Грач – хватит мать вашу стрелять.
Стрельба стихла через несколько секунд. Но пацаны не спешили опускать оружие, они крутились с ним во все стороны и все остальные тут же попадали на землю и расползлись по укрытиям, в таком запале и на таком адреналине можно и самому получить.
— Хватит палить мать вашу – вставая в полный рост крикнул Крот– как они млять прошли? Кто в дозоре был?
— Мы были – перезаряжая автоматы ответил Мага – я и Няма, ты видел в чём они одеты? Они подползли так, что мы их и не заметили, в лесу темно как у негра в жопе.
— Я вас порву обоих – зло сказал Крот.
— Хватит сраться – выстрелил вверх из помпы Грач, оружие он уже так же усел схватить в руки – осмотреться, раненых аборигенов добить, оказать помощь своим. Страйк, Мага, Кирпич, зажечь фары и развернуть машины в сторону леса, выполнять вашу мать.
— На падла – услышали все яростный голос Рыжего и тут же за ним последовал выстрел из пистолета.
— Рыжий иди сюда – сидя около Саныча крикнул ему Лев Олегович – что у тебя с рукой?
— Кажись сломана – добив туземца снова охнул от боли Рыжий.
— Ну и что мы имеем? – спросил Грач у Льва Олеговича через минут двадцать после окончания драки и когда Лев Олегович закончил осмотр пацанов.
— У Рыжего сломана правая рука, Кирпич сотрясение, Саныч сильное сотрясение, у Винта сильный ушиб левого плеча, возможно кость треснула, но без рентгена я ничего не скажу, в общем он пока не боец. У Лешего сломан нос, вправил, но будет ходить опухший как после недельного запоя. У Казака хороший порез от меча аборигенов, зашил, ему желательно поменьше двигаться, у тебя на ноге тоже порез, благо зашивать не пришлось. Ну и у остальных куча ушибов, ссадин, синяков и царапин. Но 4 человека точно выбыли из строя.
— Я патроны подносить смогу – сидя на земле и привалившись спиной к колесу багги крикнул Рыжий.
На его руку уже наложили лубки и крепко перемотали бинтами, гипса тут нет и взять негде.
— Я тоже смогу – попытался подняться Кирпич, но охнув он пошатнулся и стоящий рядом Ромео успел поднырнуть ему под руку и удержал его от падения. У Кирпича ещё половина лица в бинте было, ему тоже щёку поцарапали.
— Вояки млять – сплюнул Грач.
— Саныча я накачал таблетками – вздохнув сказал Лев Олегович – ему теперь только сон, на башке шишка огромная. Ему бы вообще лучше в больничку, но тут её нет, так что его лучше вообще не кантовать.
— Что с этими уродами? – кивнул Грач на поле боя, где в беспорядке всё ещё валялись убитые туземцы.
— 22 трупа – сидя около одного на корточках с ножом в руках ответил Мамуля.
Тут к нему подошёл Одуван и показал что-то в руках, Мамуля одобрительно кивнул.
— Вы чё там делаете? – спросил Грач.
— Вот – заулыбался Мамуля и показал ожерелье, висевшее у него на шее.
— Твою же мать – выдохнули пацаны.
— Красиво да? – хвастаясь своим украшением крутился перед ними Мамуля.
Ожерелье у него было из человеческих ушей. Он их отрезал у убитых и надел на тонкий шнурок, а шнурок надел себе на шею.
— У меня тоже ушки – завязывая узелок на своём шнурке так же сказал Одуван и точно так же нацепил на себя такое же украшение.
— Вот же вы отморозки то – выдохнул Няма.