Общение по-взрослому (СИ)

 — Увидишь Влада, скажи, чтобы зашёл ко мне, — напряжённо попросил декан. — Или нет. Я лучше сам ему позвоню.
 — Хорошо.
Я вышел из кабинета, ненавидя всех вокруг. Подошёл к Арису, словив еще пару заинтересованных взглядов.
 — Вот, — протянул он мне направления. — Круто выглядишь.
 — Но-но, — нашёл в себе силы улыбнуться я. — У тебя есть Андрюха.
Вересов и девушки ждали меня на крыльце. Они мило беседовали, чем выбесили меня еще больше.
 — Горячев, ты черновик передал? — спросил он уже в машине таким пренебрежительным тоном, что меня затрясло.
 — Да, — ответил я, понимая, что просто не могу устроить ему истерику при однокурсницах.
Даже эту ебаную декорацию он продумал. Сука!
Меня трясло, от этого учащалось дыхание, поэтому мне переставало хватать воздуха. Ебанутая цепная реакция. Пытаясь успокоиться, я стал сжимать и массировать суставы на пальцах рук, это немного отвлекало.
Мы остановились на светофоре, я украдкой бросил взгляд на Влада и понял, что он занимается тем же. Его взгляд следил за нервными движениями моих рук, поднимался выше к шее и губам. Он видел, насколько я напряжен, он знал, что за эмоции сейчас бушуют во мне… и был возбуждён.
На дисплее его телефона загорелась фамилия декана. Не отрываясь от ведения машины, Вересов взял один наушник и протянул его мне, второй воткнул в своё ухо.
«Ты как его вычислил?» — выдохнул Геннадий Степанович в трубку, как только Влад ответил на звонок.
 — Нравится?
«Я посмотрел его успеваемость и предыдущие работы. Парень звезд с неба вообще не хватал, но сейчас… осанка, подача, решительный такой! Программу точно сам писал?»
Было странно слушать вот так чужой разговор, но они говорили обо мне. Решился бы я на беседу в подобном тоне с самим деканом в своем обычном состоянии? Сомневаюсь. Сильно сомневаюсь.
 — Да, я только материалов подкинул и так, структуру немного подправил. Понимаешь теперь?
«Так, Влад. Авторство оставляем за вами обоими. Черновик толковый. Я тебе еще пару своих соображений по нему скину. Дополняй, подчищай. Не знаю, что получится из мальчишки… Сначала хотел сказать, что он мне тебя напоминает, но нет. Ты у нас в лоб всегда прешь, а он — натура потоньше. Не сломай смотри!»
 — Да, хорошо, — с каким-то грустным вздохом сказал он и попрощался.
Я вернул наушник Вересову со смешанными чувствами. Наверное, стоило порадоваться такой высокой оценке декана, но у меня было ощущение, что меня похвалили за первый шаг, когда предстояло сделать десятки таких или даже сотни.
Мы подъехали к красивому зданию, обнесённому абсолютно отвратительным металлическим забором. На воротах стояла охрана, но Вересова узнали в лицо. Нас здесь ждали. И только после общего рассказа о том, где мы находимся и кто входит в эту Гильдию, до меня начало доходить, в насколько крутое место привёл нас Влад. Я смотрел на список участников этой организации и был в шоке от того, сколько известных брендов, лабораторий и торговых домов сюда входит.
Нам не просто предстояло покопаться в пыльных архивах и записать скучные данные, проследить за процедурами, которых нет необходимости проводить, потому что в некоторых музеях годами ничего не меняется. Нам предлагалось за время практики практически коснуться рынка ювелирных изделий с его особенностями, проблемами и необходимыми экспертизами.
К концу дня мои нервы были на пределе. От объема и содержания предстоящей работы голова шла кругом. У меня не было слов, чтобы описать, насколько шикарное место практики подготовил нам Вересов, но здесь придётся много работать.
Сначала мне казалось, что я привык к жилету, но к концу мышцы стали ныть. Очень хотелось просто согнуться, но металлические пластины не давали этого сделать. Я не мог дождаться, когда мы уже вернёмся домой. Не хотелось уже никакого секса, только бы снять с себя все это. Влад подбросил девушек до удобного им места, и мы остались одни в машине.
 — Держишься? — спросил он.
 — У меня выбор есть? — раздраженно ответил я вопросом на вопрос.
 
 — Потерпи, солнышко, я весь день на тебя смотрю и с ума схожу.
Одна эта фраза заставила мое измученное тело откликнуться. Я почти застонал от отчаяния. Мне должно быть плохо, но стоит ему только сказать что-то своим блядским голосом, и все во мне реагирует.
Как только мы переступили порог его квартиры, он бросил сумку на пуфик в прихожей и притянул меня к себе.
 — Влад, я сейчас умру, — пожаловался я. — Сними это с меня.
Мы разулись, я стянул пальто, повесив на вешалку в прихожей, вылез из пиджака, небрежно закинув его на плечики и готов был умолять Влада избавить меня от этого кошмара. Я был готов уже на что угодно. Он тоже сбросил верхнюю одежду, избавился от галстука и сел на диван.
 — Иди ко мне.
Когда я подошёл к нему ближе, он еще раз провёл ладонью по плотной ткани от груди к животу. Кромка жилета была как раз чуть ниже застежки брюк. Он подлез пальцами, расстегивая и стаскивая именно брюки, но не трогая жилет.
 — Влад, — вымученно позвал я, чувствуя, что меня это возбуждает.
 — Какой же ты потрясающий, — негромко сказал он, снимая и белье тоже.
Тело предательски отзывалось на его прикосновения. Я уже набрал воздуха в грудь, насколько это было возможно в жилете, чтобы запротестовать, когда почувствовал на своем члене его горячий и влажный язык. Звук, сорвавшийся с моих губ, не был похож на стон. Это был скорее жалобный всхлип. Я пытался заглушить его тыльной стороной ладони, но становилось только хуже. Контролировать своё дыхание уже больше не получалось.
Влад расстегнул свои брюки и, спустив их, перетянул меня к себе на колени. Я смотрел, как он облизывает пальцы, потому что рядом нет смазки, начиная растягивать меня. Влад был прав. Снова. Мне не хватало воздуха. От этого стучало в висках и пульсировало внутри, внизу живота и там, где сейчас были его пальцы.
Вся его затея измотала меня за день морально, при этом тело отлично реагировало на каждую ласку, послушно отзывалось на прикосновения, подавало сигналы удовольствия в мозг, где не осталось уже других мыслей.
Я вцепился в его рубашку, услышав треск, когда он, держа за бедра, насаживал меня на свой член. В горле пересохло, а взгляд уже не фокусировался. Мне окончательно сносило крышу. Я отчаянно цеплялся за Влада, не осознавая уже ничего, впиваясь пальцами и ногтями в его кожу. Измученные нервы предпочитали сейчас растворяться в удовольствии, реагируя на него более остро. Чувствуя мое состояние, он сжал ладонью член и за пару движений довёл меня до оргазма. Я окончательно задохнулся бы, но Влад, поддерживая меня под поясницу одной рукой, второй надавил на грудь, заставляя выгнуться назад, меняя угол проникновения. У меня не было сил больше, поэтому он двигался сам, входя снизу и попадая точно по простате, а потом, не прекращая движений, развязал шнурок, позволяя мне вдохнуть уже полной грудью. По всему телу прошлись мурашки, меня прошибло новой мощной волной удовольствия. Я впервые в жизни кончил два раза подряд с таким коротким интервалом.
 — Прости меня, солнышко, — повторял Влад, когда ко мне начало возвращаться осознание происходящего. — Тише.
Руки тряслись, я потер ими глаза, не сразу поняв, что стираю слезы. По моим бёдрам стекала сперма. Сегодня мы впервые не предохранялись.
 — Никита, — позвал меня Влад. — Все хорошо.
Я чувствовал себя уязвимым, незащищенным. Хотелось спрятаться, закрыться ото всех.
 — Отвезёшь меня домой? — попросил я.
 — Нет. Тебе сейчас нельзя оставаться одному. Идём в ванную.
 
Он снял с меня остатки одежды, привёл на кухню и вручил стакан воды. Я пил ее настолько жадно, что пару раз стукнулся зубами о стекло. А потом Влад усадил меня в ванную впереди себя и открыл кран, чтобы ее наполнить.
Мы молчали, он уткнулся мне в плечо, обнимая. Медленно поднимаясь, вода давала расслабление мышцам, но в голове все еще творился полный сумбур.
 — Никита, — позвал он, когда ванна наполнилась, а звук льющейся воды больше не мешал разговаривать. — Солнышко, прости меня. Я перестарался.