Общение по-взрослому (СИ)

Я занимаю неприметную позицию на втором этаже и дожидаюсь начала собеседования. Ни один из участников этого представления не знает о моем присутствии.
Когда появляется Никита с мужчиной средних лет, я глубоко вздыхаю, пытаясь успокоиться. Хоть меня и мало интересуют результаты, но сам процесс…
Парень напряжен. Сейчас к нему устремлены три взгляда, Юля стоит почти в такой же нише, но напротив меня. Змея… Хочет сначала понаблюдать. Мы встречаемся с ней взглядом, мне не удаётся сдержать улыбки. Да, дорогая, я пришел посмотреть на тебя, а не на него.
Она снова проходится взглядом по Никите. Я почти физически чувствую, как ему хочется передернуть плечами от этого, но он держится. Юлю это бесит. Могу поспорить, что сейчас она думает, будто я подготовил парня. Вот только Никита не знает даже того, что именно Романовская будет отсматривать его кандидатуру.
 — Могу ли я выделить все неточности и противоречия прямо на этих бумагах?
 — Да, конечно.
Ее завораживает то, какими точными движениями парень открывает папку, раскладывает бумаги перед собой, располагает в удобном для себя порядке все необходимые для выполнения задания инструменты, подготовленную справочную литературу. Ей не видно отсюда, что на парне жилет.
Юля делает первые шаги к лестнице, я вижу, что Никита сбивается, уловив изменения, но быстро возвращается к заданию. Давай, солнышко. Все в твоих руках.
 — Если вам понадобятся мои комментарии относительно пометок… — начинает парень, передав мужчине свою работу, но тот его останавливает.
У меня перехватывает дыхание. Вот теперь можно начинать волноваться.
 — Юлия Александровна, вы посмотрите?
Никита поворачивает лишь голову, идеально находит момент, когда она оказывается достаточно близко и только тогда встаёт, разворачиваясь к ней. И вот только теперь она скользит оценивающим взглядом и натыкается на бюск жилета, понимая, кого я ей привёл. Сейчас это не просто жилет, это моя метка, мой вариант ошейника, тот самый символ принадлежности, который Юля считывает за долю секунды. Только сейчас она понимает весь характер отношений между мной и Никитой. Только сейчас до неё должно дойти, почему я попросил на него посмотреть, а не брать. Я просто уверен, что у отобранных кандидатов даже дипломы рейтингом повыше, но у Никиты при этом ни одной купленной оценки.
 — Горячев Никита, — читает она в портфолио. — Практика в Гильдии ювелиров, несколько публикаций под руководством Вересова Владлена Викторовича, подготовка и проведение экспозиции… Как давно ты с ним спишь, мальчик?
Прямо в лоб, стерва. Попытка вывести из себя?
А вот теперь все мое внимание устремляется к Никите. Его реакция сейчас будет важна для меня и вдвойне интересна. Как парень справится?
Он теряется. Это неожиданно для меня, но парень медлит. Слишком долгая пауза.
 — Вы крайне проницательны, — наконец говорит он. — Впрочем, чего еще можно ожидать от специалиста такого высокого уровня и просто женщины с несгибаемым характером.
Это не очень изящный шаг, но парню нужно как-то прощупать почву. Неприкрытая лесть убеждает Юлю, что парень просто знает, кто тут заказывает музыку.
 — Действительно, — расслабляется она, не найдя в Никите ничего особенного. — Отличный жилет.
 — Согласен, — на этот раз заминки нет. — Очень дисциплинирует и отгоняет лишние мысли.
Парень избирает очень странный метод ведения диалога. Будто бы раскрывает перед ней все карты, но на самом деле просто констатирует факты, которые ей уже и так известны.
 — И много их?
 — Как минимум одна — ваш взгляд я уже полчаса чувствую кожей.
Он понижает голос, а я не могу понять, к чему сейчас это? Попытка сказать, что он заметил ее сразу?
Юля склоняет голову, привлекая внимание парня. Мы все трое знаем, сколько примерно стоит комплект эксклюзивной ювелирки, что сейчас на ней. Так что она просто убивает одним ударом двух зайцев. Это достаточно уместный в данных условиях эротичный жест, который должен дать ей понять, на что конкретно отреагирует парень. Вот только Юля еще не знает, что ни секс, ни деньги его не интересуют. Он здесь по другой причине. А Никита тем временем, я уверен, что неосознанно, но подзеркаливает ее реакцию. Он облизывает губы.
 
И это первая победа. Юля опускает взгляд в бумаги. Мое солнышко сейчас разыгрывает нереально крутую партию.
 — Это даже скучно, — она отбрасывает его работу, понимая, что это не очередной засланный наследник чего-нибудь.
 — Результат довольно часто куда скучнее процесса, правда?
Мне кажется, я мог бы кончить от такой фразы, скажи мне ее Никита в интимной обстановке, но парень настроился на Юлю и начинает вести. Господи, какой же он невероятный.
И она застывает на нем взглядом, не веря своим глазам, не веря в то, что какой-то зелёный выпускник сейчас нащупал рычаги давления на неё за какие-то минуты. Он прикрывает глаза и поводит плечами, показывая ей всем своим видом, что жилет не просто дисциплина с моей стороны, что он сейчас не уязвлён, а скорее наоборот, что все это представление сейчас устроено не для неё, а для самого парня.
Я вижу, как загораются ее глаза, когда она понимает, что это не собеседование. Это практически деловое знакомство. Таким образом я решил представить Никиту ей, а не устраивать его на работу. Но она его возьмёт. Теперь уже просто из принципа.
 — Согласна. Процесс может быть очень даже интереснее результата.
А парень продолжает вести. И нет, он не стремится брать над ней верх и становиться на одну ступень. Он заставляет ее захотеть спуститься к нему. Мы все знаем о жилете, а парень демонстрирует его в действии, специально сбивая дыхание, специально открываясь ей.
 — Юлия Александровна, — хрипло говорит он, а у меня внутри зарождается ревность. — Когда мне можно будет узнать этот скучный результат?
Я вижу, что Юлька вся подобралась, а ведь она таких мальчиков живьём на завтрак ест. Никита перевернул все с ног на голову, заставив ее хотеть себя. Сложность заключается в том, что на нем сейчас жилет — символ принадлежности мне.
 — Да кто вообще сомневается, что протеже Влада допустит хоть одну ошибку? — срывается она, понимая свое поражение. — Завтра жду с паспортом, дипломом… рекомендации у тебя уже есть.
 — Хорошо.
А еще Юля знает, что я наблюдаю за всем происходящим. Поэтому, и только поэтому, она огибает стол, останавливается и поправляет ему ворот рубашки, потом проходится ладонями по всему жилету, забираясь под него внизу и одергивая. Никита послушно позволяет ей это сделать. Убью его за это.
Я почти уже ухожу, но вдруг слышу еще один тихий диалог.
 — И где же он тебя откопал?
 — Это была случайность.
 — У Вересова не бывает случайностей.
 — Значит, я первый.
Мы оставляем парня в архиве. Я жду ее разъяренную у двери в один из кабинетов.
 — Что за цирк ты устроил? — первым делом спрашивает она. — Так подготовить его…
 — Он не знал.
 — Что?
 — Он не знал ничего. Я не сказал ему ни куда он едет, ни кто будет с ним разговаривать.
Юля останавливается посреди кабинета и задаёт мне тот же вопрос:
 — Где ты его откопал?
 — Это была случайность, — повторяю я слова Никиты.
========== Галстук ==========
Написание курсовой работы шло очень туго. Если та часть, которая касалась классических методов определения авторства изделия, была написана мной за пару недель, то современные методы и проблемы требовали куда больше времени, потому что слишком мало материалов и публикаций было на эту тему, откуда бы я мог взять информацию.
Еще больше отвлекал собирающийся на очередное мероприятие Влад. Я то и дело бросал на него взгляд, наблюдая, как он приводит себя в безупречный порядок. Белая рубашка скрыла пару неосторожно оставленных мной следов на его плечах, брюки подчеркнули длинные ноги и узкие бедра.
 
Я вздохнул и уткнулся в ноутбук, пытаясь понять смысл абзаца, который только что сам и написал. Влад не помогал мне. Я мог обратиться к нему с какими-то общими вопросами, но все содержание должен был сделать самостоятельно. Это и дело моей чести и упрямства, и политика Влада относительно наших отношений.