Рыбари и Виноградари. В начале перемен.

— Иди с Альвином, — улыбнулся Асмодей. — Нужно пожить цепным псом, чтобы узнать вкус свободы.
Луг за городом был значительно меньше. Трава пожухла, а оливы поломались. Их покорёженные стволы валялись рядом, как отрубленные тела. Они прошли к покосившейся хибаре.
— Ешь и спи, — почти приказал Альвин.
Странно, но барон не стал с ним спорить. Парень был прав, когда предостерегал от коварства городских колдунов. Не будь его да Асмодея, который оказался другом, а не врагом, сидеть бы ему на цепи всю жизнь.
Анри спал в тяжёлом забытьи. Просыпался, пил воду из кувшина, который заботливо поставил Альвин, ходил во двор справить нужду и вновь погружался в тягучий кошмар. Иногда на дворе был день. Но чаще вокруг оказывалась непроглядная темнота.
Однажды проснулся оттого, что Альвин тряс за плечо:
— Вставай, колдуны выследили нас. Они не отпускают своих псов.
Анри вскочил. Он чувствовал себя довольно бодро.
— Сколько я спал?
— Неделю. Подожди, давай я осмотрю тебя. Должно быть что-то, что позволило им так легко найти след. — Он быстро ощупал шею барона и вскрикнул:
— На тебе ошейник.
— Это святой крест.
— Это ошейник! Быстро снимай.
Анри поспешно выполнил команду.
Альвин схватил шнур и выскочил на улицу. Через минуту он вернулся:
— Я выбросил, но боюсь, поздно. Они уже скачут по лугу. Быстрее, еще можно успеть.
Они выбежали во двор.
Рыцари уже были у стены, они стреляли из арбалетов в строителей. Те падали, захлёбываясь кровью.
Альвин расстелил на траве большой замызганный ярко-красный ковёр.
— Садись рядом.
— Решил выпить кофе?
— Мы отправимся в Марракеш, — серьёзно объявил парень.
— Как отправимся? — не понял Анри.
— Полетим. Ты долго жил растением, потом стал зверем. Пора делаться человеком.
Анри уже ничему не удивлялся.
— А что будет здесь?
— Будет плохо. Мамлюки ворвутся в город. Без нас стена не устоит.
Окружающий луг стремительно рванулся вниз. Вот позади остались крепостные стены. Водная ширь заняла пространство вокруг. Белые хлопья пены лениво пузырились на бескрайней морской равнине. Альвин вытащил стрелу, застрявшую в бахроме.
— Выпьем кофе, пока не остыл? — предложил он.
Ковёр окутывал радужный пузырь, защищавший от ветра и падения. Ни тряски, ни качки, комфортнее, чем на корабельной палубе. Такие путешествия запоминаются навсегда.
В Марокко у барона Анри начался новый период жизни, окутанный сплошной тайной. Он никому не рассказывал об этом, даже автору. Так что прервём дозволенные речи…
 Конец ознакомительного фрагмента