Дисгардиум 5. Священная война
– Вилли Брисуэла, – представился он после того, как мы с Хайро пожали руки.
К нам подошел Дьюла. Я познакомил его с бывшими безопасниками «Экскоммьюникадо». Спустя пару минут к нам присоединился Мэнни Алмейда, навещавший в больнице брата Хэнка, которого ввели в искусственную кому.
Строитель не потащил всех на первую же встречу; едва мы собрались, пригласил к себе, чтобы не привлекать внимания посторонних.
Каморка Дьюлы отличалась от той, где жили Трикси с дедом. Тоже одна комната, но раза в два больше. Строитель пояснил, что арендовал две и сам объединил их – хозяин разрешил, ведь стены были чуть ли не картонные.
Сестра Дьюлы, Стефани, и его жена Аманда, тепло всех поприветствовав, накрыли на стол и удалились, чтобы не мешать. Было тесно, да и по взгляду Хайро я понял, что лишние уши даже родных людей не приветствуются.
– Чем богаты, – сказал строитель и кивнул на нас. – Спасибо ребятам, не одними упсами теперь питаемся.
Вокруг стола были расставлены разнородные стулья и табуретки. В центре красовался большой поднос с незнакомым мне блюдом – из венгерской кухни, как пояснил Дьюла. Вокруг него расставили чаши с салатами, газированные напитки и пиво. Последнее мужики тут же открыли, а глядя на них, взялись за бутылки и парни. Я налил себе газировки, желая сохранить голову ясной.
– Ты здесь всем доверяешь? – шепнул мне на ухо Хайро, изучая Дьюлу и Мэнни.
Насчет остальных он не спрашивал – раз привез с собой, значит, парни надежны. Я едва заметно кивнул и приподнял руку. Стало тихо, все посмотрели на меня.
– Дьюла, спасибо за гостеприимство. Вы все уже познакомились с Хайро и Вилли, они будут отвечать за безопасность членов клана в реале. Мы собрались, чтобы принять решение относительно базы, места, где все мы будем жить. Но для начала я бы хотел спросить: Хайро, что известно превентивам?
– Ты был прав, Алекс, когда решил нам больше не платить. То, что ты «угроза», знают почти все лидеры Альянса, – сказал Хайро. – Но если думаешь, что я тебя развел на миллион, ошибаешься. Аналитики «Экскоммьюникадо» поставили тебя первым в списке подозреваемых только сегодня.
– Как?
– Еще в Кинеме они обратили внимание, как ты дерешься, когда не взрываешься. Если не считать твоих, скажем так, особых способностей, им запомнился стиль безоружного боя. Начали шерстить всех более-менее сильных безоружников и абсолютно случайно наткнулись на видео, где ты дуэлился с другой «угрозой», Утесом, на Арене песочницы. Следом нашли запись любительского турнира в таверне Тристада. Там ты тоже засветился как безоружник. Они сложили два и два и поняли, что явление Оямы и твои бои – звенья одной цепи.
– Почему же меня не преследуют в реале?
– Все члены Альянса проинструктированы «Сноустормом». Перед ивентом Киран Джексон вызвал лидеров превентивов и запретил оказывать на тебя давление неигровыми методами. Подробностей я не знаю, но слышал, что если клан нарушит запрет, его забанят в полном составе, а собственность заморозят. И, конечно, никто не получит никаких наград за твою ликвидацию.
– Тогда зачем нам скрываться? – спросил Малик. – Зачем вообще заморачиваться с клановой базой и службой безопасности?
– Помимо Альянса есть куча кланов-превентивов рангом пониже, – ответил за напарника Вилли.
Я вспомнил о «Йорубе» и кивнул. Если топы вынуждены хоть как-то беречь репутацию, то остальные…
– Кроме того, Триада не погнушается ничем, – добавил Хайро. – К примеру, тем же подавителем воли, но они об Алексе пока не знают. Глиф из «Лазурных драконов», хоть и дружит с Триадой, сливать инфу о тебе тоже не будет – а Триада, если выйдет на тебя, провернет все сама каким-нибудь карманным кланом.
– Есть и другие опасности для Алекса, но они – уже наша работа. – Хайро стукнул кулаком о кулак. – Вам об этом знать не нужно, только голову будете забивать. Давайте к делу…
Мы поделились с безопасниками своими соображениями по поводу клановой базы в реале. Мэнни с Дьюлой начали рассказывать о выбранном месте, и Хайро предложил осмотреть его.
На личном флаере Моралеса мы полетели в новый комплекс-«муравейник». Его еще не заселили, а потому выглядел он вполне достойно. Длинные просторные коридоры, отделанные пластиком под мрамор, яркое панельное освещение, быстрые лифты. И ужасно маленькие комнаты.
– Не обольщайся, – шепнул Мэнни. – Тут все дешевка, не удивлюсь, если материалы отделки токсичны.
Менеджер комплекса, подвижный молодящийся латиноамериканец лет пятидесяти, сопровождаемый роботом-охранником, провел нас по комплексу.
– Все помещения пока свободны. Пять нижних этажей отданы под инфраструктуру, – тараторил он, неустанно жестикулируя. – Паркинг, прачечные, супермаркет, огромный тренажерный зал, бассейн, зал аренды вирткапсул, внутренний парк, детский городок, школа…
– Нехило! – присвистнул Ханг. – Думал, здесь совсем все плохо.
– Это все и в нашем «муравейнике» есть, только платно, – заметил Мэнни. – Никто не пользуется, разоришься. А от супермаркета там только название – сливают нераспроданное из гражданских магазинов, просроченные продукты…
– Кхм-кхм… – откашлялся менеджер обслуживающей компании, привлекая внимание, и быстро заговорил: – Хочу заметить, что спрос рождает предложение. Если покупатели смогут себе позволить, управляющий ИскИн супермаркета будет заказывать более качественные товары. Но мы отвлеклись…
Никто из нас в беседе взрослых не участвовал. Более того, Хайро настоял, чтобы полетели только мы с Эдом, причем Родригеза представили как сына Моралеса, а меня – Дьюлы. Запрет на распознавание коммом мы выставили давно, еще после финала Арены.
Пока Хайро общался с менеджером, Вилли Брисуэла придирчиво изучил территорию. Комнаты с окнами стоили дороже, но в плане безопасности они хуже, так что выбор пал на замкнутые помещения. Дьюла согласовал рамки возможной перепланировки – клан располагал средствами, чтобы выделить своим членам жилье раз в пять просторнее, чем те каморки, где сейчас ютились неграждане.
Лично я вообще особо не заморачивался. Жить здесь я не собирался. Так, перекантоваться до гражданских тестов, а после мы выберем себе район получше.
На самом деле я просто терял время, ведь все равно ничего не понимал, а мои требования Дьюла, Мэнни и Хайро и так знали: безопасное помещение с достаточным пространством для премиальной капсулы и широким каналом. Остальное меня не волновало. Главное, мы начали заниматься базой, и, по расчетам Дьюлы и Хайро, через пару недель туда можно переезжать. Лишь бы финансирование не прекращалось, но за это отвечает отец. Средства у него есть.
Хайро отвез нас с Эдом назад, на крышу тридцать шестого блока, а оттуда мы с Хангом и Маликом полетели домой.
По пути решили, что в субботу устроим небольшую вечеринку у меня дома, пригласив Риту и Карину. Ханг собрался позвать Элисон Ву из «Т-Модуса», а я, подумав, добавил в список еще и Пайпер Дандеру.
Все бы ничего, но суббота уже завтра. Так что остаток дня и ночь используем по максимуму.
Уже над нашим дистриктом Ханг, почесав затылок, сказал:
– Я все-таки не пойму, Алекс… «Угрозе» нельзя обнародовать свой статус. Иначе на ее голову обрушатся ужасные кары «Сноусторма», штрафы вплоть до потери гражданства. Как это соотносится с тем интервью, которое ты хочешь дать Иену Митчеллу?
– Он ни в чем не признается, – ответил за меня Эд.
– Как это?
– Хайро сам догадался, мы тоже. Но мы субугрозы и должны держать язык за зубами. А безопасник – нет.
– Почему Хайро?
– Это он к примеру сказал, – встрял Малик. – Отец Алекса тоже сам догадался. Кто-то из них может слить инфу в сеть. Так, Алекс?
– Типа того. Не было времени все хорошо обдумать, но публичность даст мне защиту. Сейчас рано это обсуждать, потому что я хочу списаться со «Сноустормом» и прояснить непонятки. В контракте они грозили карами за разглашение статуса, исходя из того, что «угроза» может сговориться с превентивами. Я ничего подобного совершать не собираюсь…