Лицензия на убийство (СИ)
Не остался в долгу: так же зубами несильно прошелся по ее шеи, сразу же зализывая укус. В следующее мгновение почувствовал, как ее ладошка поползла с груди на пресс, а потом ниже. И в тот момент, когда она коснулась влажной ткани трусов, я резко оторвался от нее.
До одури красивая. Влажные волосы прилипли ко лбу, губы раскраснелись от поцелуев, грудь под футболкой тяжело вздымалась, а ее синие глаза были широко распахнуты и покрыты возбуждением.
Обалдеть, просто! Я нервно сглотнул, убирая руки из-под ее футболки, хватая воздух в легкие.
– Я сделала что-то не так? – в ее вопросе я услышал нотки тревоги.
– Нет! Конечно, нет, – шагнул обратно к ней, обнимая ее. – Просто сейчас не время и не место, – подбирал я слова, чтобы ее не обидеть. Не скажу же я ей, что не представляю, как мне решить проблему со своим членом. К тому же, уверен, у нее стресс. И нет гарантий, что когда она успокоиться, то не пожалеет о случившемся. – И Мерч за стенкой.
– Ты прав, прости, – смущенно отвернулась она.
– Тебе не за что извиняться, – аккуратно приподняв ее за подбородок, повернул ее мордашку к себе. Невинно чмокнул ее в губы, на что она залилась краской еще больше. – Последние сутки были слишком насыщенные, нам обоим стоит отдохнуть.
Она согласно кивнула.
– Мне остаться или ты сама справишься?
– Останься, – попросила она и вновь засмущалась.
Я улыбнулся тому факту, что она не то, что меня больше не боялась, она перешагнула еще один барьер – интимный. Я знал, что у нее нет опыта в этом направлении никакого, и то, как она вспыхнула румянцем после своей просьбы, это подтверждало.
Я потянул ее футболку вверх, и Алина беспрепятственно подняла руки. Осталась в своих до жути милых и детских банановых трусиках, от которых у меня башню сносило едва ли не больше, чем от ее обнаженной груди. Где посередине было огромное напоминание о моей главной ошибки в жизни – шрам от ранения.
Алина дико стеснялась, но не пыталась прятаться или ужиматься. Дабы ее не смущать еще больше, взял в руку гель, растер его предварительно и аккуратно стал водить по ее телу. Начиная с шеи и ниже, касался каждого кусочка ее тела. Она так же глубоко дышала, но не противилась и позволяла ее трогать. Потерся своим носом об ее. Поцеловал влажно в щеку, обхватывая кожу губами, потом обхватил зубами мочку. Гребанное возбуждение не спадало ни на секунду, и я все же медленно потянул ее нижнее белье, присев при этом на корточки.
Рот мгновенно наполнился слюной, как у бульдога, но я продолжал по очереди мылить ее стройные ноги, минуя самые лакомые местечки, при этом задаваясь вопросом, как, будучи слепой, она умудрялась оказаться гладкой. Везде!
– Дальше я сама, – попросила она, нашарив флакон с гелем, и чуть отшагнув от меня.
Я настаивать не стал, потому что итак держался на честном слове.
В душе мы провели не долго. Я обмылился за пару минут, скинув боксеры. И больше не прикасался к ней от греха подальше. Но смотрел. Не отводя взгляда ни на секунду.
После того, как мы сполоснулись, я обмотал ее в большое полотенце, а сверху накинул махровый халат, который лежал в шкафчике. Сам же обмотался еще одним полотенцем, так как другой одежды в ванне для меня не оказалось.
– Кажется, Леша ушел, – Алина, как и я, прислушивалась к абсолютной тишине в квартире.
Вот же пиздючара Меркуловская! Слинял по-тихому.
Схватил телефон, на котором горело входящее от него: «Поехал домой. Надеюсь удастся после ночи с тобой Алинку увидеть хотя бы еще разик живой!»
Еще и кучу ржущих смайликом вставил. Ему смешно, а мне вот нихера! Я ни разу не был в такой ситуации, когда дико хотел девушку, но не знал с какой стороны к ней подойти. У мужиков с большими членами вообще бывают такие проблемы? Если им попадаются девственницы, как они с этой задачей справляются, не причинив ей боль? Я ведь действительно не хотел делать ей больно.
От еды Алина отказалась. Да и у меня кусок в горло не лез, поэтому я проводил ее в одну из комнат и уложил в кровать. Дал ей футболку из шкафа, и она под одеялом смешно переодевалась. Будто бы я не видел ничего пару минут назад.
Представляю, насколько сильно она бы смущалась, если бы видела, как я ходил по комнате с голым хером, перед тем, как впрыгнуть в трусы.
– Спи, – погладил ее по щеке, а потом поцеловал в макушку.
– Ложись со мной, – попросила, а я от ее просьбы в очередной раз чуть умом не тронулся.
Да что ж ты делаешь-то сегодня со мной? Хочешь, чтобы я окончательно рехнулся?
– Я не могу, Алин, – обреченно ответил ей.
– Ты… – видно было, что она очень смущена разговором, – ты сказал, что я тебе нравлюсь… Тогда почему не хочешь остаться? – она навела на меня взгляд, и честное слово, было такое ощущение, что она смотрит мне в душу.
– Глупая, – придвинулся к ней ближе, а потом обнял. – Я не говорил, что не хочу. Я сказал, что не могу.
– Не вижу разницы, – куда-то в плечо пробурчала она.
– Она колоссальная. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу остаться с тобой.
– Тогда оставайся, – наседала она.
– Это слишком опасно для тебя.
И я даже не знаю, что опасней: что я все же захочу ее и не смогу остановиться, или то, что когда я сплю, то абсолютно себя не контролирую.
– Я никогда тебе не говорила, но именно с тобой я чувствую себя наиболее защищенной.
От ее откровенности у меня сердце разрывалось. Она была настолько чистой и незапятнанной как душой, так и телом, что ей смело можно было ставить памятник.
– Это только в том случае, если я не сплю, – по ее взгляду было видно, что она ждет продолжения, и я не хотел его скрывать от нее. – Служба в армии не прошла для меня бесследно. Ночью я не всегда контролирую свои действия.
– Ты думаешь, что сможешь навредить мне? – не желала сдаваться она.
– Я не знаю, но вероятность есть.
– Были претенденты ранее?
– Да, – я не гордился этим. – Дважды. Больше рисковать я не пробовал. И уж точно я не хочу рисковать тобой, поэтому мне лучше уйти спать в другую комнату.
– Ладно, – неожиданно согласилась она. – Тогда полежи со мной хотя бы пока я не усну.
– Конечно, – с радостью согласился.
Сходил в гостиную за телефоном и прихватил пистолет. Бросил свои безделушки на тумбочку возле кровати и залез под одеяло к Алине, пытаясь гнать от себя мысли, что она в одной футболке. Улегся на спину, и она тут же забросила на меня руку и ногу, опустив голову мне на плечо.
Охренительно! Так спокойно и хорошо в последнее время мне было только с ней.
Я медленно перебирал ее волосы, и не заметил, как сам отрубился.
А когда проснулся и открыл глаза, увидел свою руку на ее шее, и только потом понял, что в висок она мне упирает дуло моего пистолета.
Глава 58
Алина
Последние сутки оказались насыщеннее, чем вся моя восемнадцатилетняя жизнь. Все перевернулось вверх дном окончательно. Потрясающая, чудесная свадьба. Нежный и внимательный Антон. Погоня и поцелуй, а потом его признание, после которого у меня до сих пор сосало под ложечкой.
И снова погоня. Там в лесу, оставленная один на один со своими страхами, я думала о том, что в моей жизни было только одиночество и безразличие, боль и страх. А вот любви внимания и заботы почти не было никогда.
И насколько сильной была абсурдность ситуации, когда именно эти потрясающие чувства мне дарил мой несостоявшийся убийца.
Я оказалась самой настоящей врушкой, когда говорила ему, что лучше не привязываться. Что таким людям как я, удача в жизни не поворачивается лицом. Я была уверена, что останусь по жизни одна, но он каждую минуту, проведенную со мной, уверял меня, что и я могу быть счастлива. И я привязалась. Крепко и с желанием.
Я снова позволила себе желать и мечтать, а я желала быть счастливой. И в душе, когда он одновременно нежно, но в то же время настойчиво целовал, я испытала это счастье на себе с лихвой.