Татарские народные сказки

Annotation
Могучие батыры спускаются в подземное царство, сражаются с чудовищными дивами и освобождают пленников. Искусные ловкие джигиты принимают облик птиц и зверей и переносятся с одного края земли на другой, чтобы помочь другу в беде, сметливые бедняки разгадывают коварные замыслы жадных боев и сурово наказывают их. Добро неустанно борется со злом и побеждает его. Обо всём этом рассказывают татарские народные сказки. А сборник этих сказок для вас составил татарский учёный Хамит Хуснутдинович Ярмухаметов.
Умные, весёлые, насмешливые, увлекательные, сказки эти говорят о талантливости создавшего их народа, о его старинной культуре, о его большой поэтической одарённости.
На татарском языке многие из этих сказок, неоднократно издавались в столице Татарской Автономной Советской Социалистической республики — Казани. На русском языке такой большой сборник для детей выпускается впервые.
Татарские народные сказки
Золотое перо
Камыр-батыр
Одиннадцатый сын Ахмет
Соломторхан
Зилян
Тан-батыр
Саран и Юмарт
Гульчечек
Мудрый старик
Охотник и служанка
Как Таз рассказывал падишаху небылицы
Умная девушка
Сказка о жене падишаха и Алтынчеч
Гульназек
Золотая птица
Падчерица
Бай и работник
Бедняк и два бая
Три голубя
Волк и портной
Алпамша и смелая Сандугач
Когда кукушка закукует
Как бедняк гуся делил
Знание всего дороже
О кривой берёзе
Работник Хритон
Сын падишаха и его бедный сосед
Шурале
Сказка о шайтане и его дочери
Медведь и лиса
Находчивый джигит
Младший сын
Портной, бесёнок и медведь
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
 Татарские народные сказки 
 
 Золотое перо 
 
ил когда-то на свете один небогатый человек. Была у него жена и сын, по имени Тимур. Заболела жена этого человека и умерла. Остался маленький Тимур сиротой. Погоревал его отец и женился на другой. Мачеха невзлюбила Тимура и всячески обижала его. А когда у неё родился сын, которого назвали Туктаром, бедному сироте и совсем не стало житья.
Растёт Тимур, растёт Туктар, и, когда они подросли, обоих их отдали в медресе[1].
Тимур слушает хальфу[2], всё запоминает, всё понимает. А Туктар ленится, не хочет слушать, всё ему неинтересно, ему бы только бегать.
Люди Тимура хвалят, а о Туктаре говорят:
— Совсем плохой человек из него вырастет!
Слушает это мачеха и ещё злее становится. Решила она извести Тимура, чтобы не слышать, как его все хвалят.
Однажды испекла она пирог, положила в него яду и думает:
«Ну, теперь Тимуру скоро конец придёт!»
А у Тимура был жеребец, которого ему завещала его покойная мать. Как соберётся Тимур в медресе, обязательно зайдёт к нему в конюшню; как вернётся из медресе, опять зайдёт, погладит, расчешет гриву, даст свежего корму.
Зашёл он в конюшню и в этот раз. Видит, жеребец стоит печальный, голову опустил.
 
Спрашивает Тимур жеребца:
— О чём ты печалишься?
Жеребец отвечает:
— Как же мне не печалиться! Мачеха хочет погубить тебя. Она испекла тебе пирог и положила туда яду. Не ешь этот пирог, брось его дворовому псу!
Вернулся Тимур из медресе, а мачеха и вправду подаёт ему пирог:
— Ешь!
Взял Тимур пирог, а есть не стал. Вышел во двор и бросил этот пирог псу. Пёс проглотил пирог и тут же издох.
Так и не смогла мачеха погубить Тимура.
Много раз мачеха пыталась извести Тимура, только никак это ей не удавалось: всякий раз конь узнавал об её замыслах и предупреждал Тимура.
Стала мачеха тайком следить за ненавистным пасынком и подслушала однажды, как он разговаривает со своим жеребцом. Озлобилась она и думает:
«Так вот кто его всегда обо всём предупреждает! Надо сначала извести этого жеребца, а тогда и с мальчишкой нетрудно будет справиться».
На другое утро мачеха притворилась больной. Лежит на постели, не встаёт, громко охает.
— Что с тобою? — спрашивает её муж.
— Ох, — говорит мачеха, — я тяжело захворала! Видно, умру, если ты не дашь мне лекарство…
— А какое же тебе нужно лекарство от твоей хвори?
Мачеха говорит:
— Ворожея сказала мне, что, если я съем сердце нашего жеребца, опять буду здорова. Не съем — обязательно умру! — И стала она приставать к мужу: — Зарежь для меня этого жеребца!
Муж говорит:
— Как же я зарежу нашего жеребца — ведь его завещала Тимуру его покойная мать, и он ни за что не согласится на это.
А мачеха подговаривает его:
— Ты зарежь жеребца в то время, когда Тимур будет в медресе.
Нечего делать, согласился муж.
— Хорошо, — говорит, — зарежу завтра утром…
Вечером вернулся Тимур из медресе и, как всегда, зашёл к своему жеребцу. Жеребец говорит ему:
— Завтра утром твой отец хочет зарезать меня. Когда он меня выведет из конюшни, я три раза заржу. Ты сейчас же беги на мой голос, а когда прибежишь, проси у отца позволения поездить на мне верхом в последний раз. Если ты сделаешь так, мы оба останемся живы. Если не сделаешь, погибнем оба — и я и ты!
— Хорошо, — говорит Тимур, — всё исполню, как ты говоришь!
Утром, как только Тимур ушёл в медресе, отец вывел из конюшни жеребца и повёл его за дом на пустырь. Тут жеребец заржал громким голосом.
А Тимур сидит в медресе, слушает учителя и не чует беды. Мало ли какой конь ржёт на улице!
Заржал жеребец во второй раз, ещё громче прежнего. Услышал его ржание Тимур, вспомнил, о чём вчера говорил ему жеребец, и стал проситься у учителя домой. А учитель не отпускает его:
— Когда время придёт, тогда и отпущу!
А жеребец заржал в третий раз. Выбежал Тимур из медресе без спросу и побежал домой.
Прибежал он на пустырь и видит — жеребец лежит со связанными ногами, с откинутой головой, а отец стоит над ним с острым ножом в руках: собирается его зарезать.
Стал Тимур просить отца:
— Разреши мне, отец, поездить на моём жеребце в последний раз!
Отец позволил:
— Хорошо, поезди, да только скорее возвращайся!
Сел Тимур верхом на жеребца, а тот, как ветер, понёсся в степь.
Мчались они без отдыха три дня и три ночи. Ночью подскакал жеребец к высокой горе. Видит Тимур — в расселине этой горы что-то светится. Захотелось Тимуру узнать, что это такое. А конь фыркнул и говорит ему:
— Дружок мой Тимур, поедем лучше мимо! Не смотри ты на этот огонек, обойди его стороной.
— Что же это за огонёк и почему его надо обходить? — спрашивает Тимур.
Жеребец говорит:
— Это золотое перо. Если дотронешься до него рукой, мы оба погибнем.
Не послушался Тимур жеребца. Когда они скакали мимо расселины, нагнулся он к золотому перу, схватил его и спрятал за пазуху. Думал он, что жеребец не заметил этого. А жеребец всё видел и сказал ему с укором:
— Сам на себя ты накликал беду! Надо нам теперь торопиться. Если мы не поторопимся и не доедем до Белого царства — погибли оба. Ударь меня скорее по одному боку так, чтобы из другого кровь брызнула, — тогда я помчусь ещё быстрее!