Не ведая преград (СИ)

Глава 7
Эвелина
Я вышла из кабинета Дейвида спустя три часа. Мы обсудили все ключевые моменты моего нового статуса и определили круг вновь возложенных обязанностей. Дейвиду пришлась по душе моя идея стать представителем Подземного царства Харом. Но для моей безопасности было решено, что спускаться в Харом как представитель я буду не в своем истинном обличии, а под иллюзией. Благо перстень представителя был настроен на ауру, и я даже под иллюзией смогу подтвердить демонам свои полномочия.
Выйдя из кабинета Дейвида, я направилась в свой, раздумывая обо всем, что случилось. Но не дойдя до кабинета всего несколько метров, мне пришлось остановиться, так как путь преградил тот, кого я меньше всего желала сейчас видеть. Каус. Он подпирал стену около моего кабинета и, увидев меня, тут же встал на пути, не пропуская.
— Лина, нам надо поговорить, — жалобно начал он. Энджелл был прав, Каус выглядел отвратительно: бледная кожа, синие круги вокруг глаз. Он как будто осунулся и похудел. Да, он все еще оставался красивым, но сейчас при взгляде на него мое сердце больше не трепетало. И жалости у меня его внешний вид не вызвал никакой.
Каус, как и Энджелл, тоже сбежал из Харома три года назад, после смерти своего отца. Но как только ему исполнилось девятнадцать и он обрел темный дар, не побоялся переместиться в Подземное царство и предстать перед своими демоническими родственниками. Они не особо радужно его приняли, но он не расстроился, так как не собирался оставаться в Хароме, и с тех пор очень редко спускался в Подземное царство.
— Нам не о чем говорить, — холодно сказала я, оттолкнув его от себя.
— Послушай, я совершил ошибку, на меня воздействовали магией, я ничего не мог с собой сделать! Прости меня! Давай пройдем обряд заново, я люблю только тебя, — он схватил меня за руку, пытаясь притянуть к себе, и это стало его фатальной ошибкой.
С первого взгляда на него я почувствовала, как злость поднимается изнутри, готовясь разорвать меня на части, обволакивая сознание. А он еще посмел дотронуться до меня! И как вообще этот нахал после всего, что натворил, смеет говорить мне такие вещи!
Не раздумывая, я ударила его кулаком в челюсть, вложив в свой удар не только физическую силу, но и истинную магию. В ту же секунду темный дар вспыхнул во мне, и я вся засияла золотым свечением.
От моего удара Каус пролетел по коридору и приземлился в противоположном конце. Все стражи, находившиеся в зоне видимости, прижались к стене, а кто-то и вовсе поспешно вернулся в свой кабинет, пугливо прикрывая за собой дверь. Никто не хотел попасть под огонь взбесившейся демонессы, у которой огнем горели глаза, а сияние от кожи могло заменить летнее солнце Велании.
— Не смей дотрагиваться до меня! — чеканя каждое слово, произнесла я, подходя к Каусу, и наблюдая, как он сползает по стенке на пол. — Ты ничтожество, и убивать тебя я не стану только потому, что не хочу пачкать свои руки! Я предупреждаю в первый и последний раз, если хочешь жить, не попадайся мне на глаза и не стой у меня на пути!
— Лина, прости, — произнес он, вытирая кровь, сочившуюся изо рта.
— Я не прощаю предательства, и ты мне противен, — отрезала я и развернулась, чтобы уйти, но Каус попытался остановить меня, кинув в меня магическое лассо. Разрыв лигаре отобрал у него только темный дар, а вот человеческая магия все еще была при нем.
Я резко обернулась, разорвав его плетение, не успевшее даже коснуться меня. Мне был противен не только он сам, но и его магия! Гнев заполнил меня полностью. Я презирала этого мужчину, посмевшего вначале предать, а теперь считавшего, что может все вернуть, просто попросив прощение, и списать все на магическое воздействие. Я бы никогда не разорвала связь, какую бы иллюзию мне не показали. Это низко, отказываться от избранного, даже не поговорив с ним. И как минимум подло, не разобравшись в ситуации, совершать действия, от которых может пострадать близкий тебе демон. Он, как инициатор разрыва лигаре, не утратил свои чувства ко мне, но вот я уже не была той девушкой, слепо верящей в любовь до гроба.
 
Боевая магия сорвалась с моих рук прежде, чем я успела подумать. Молнии ударили в него, пробивая его демоническим телом стену в кабинет Дейвида, который, мягко говоря, удивлено посмотрел на пролетевшего Кауса и снесшего несколько кресел и половину стола начальника.
Но меня было уже не остановить. Я продолжала палить в него боевыми молниями, пробив его телом еще одну стену. На этот раз экс жених оказался в аудитории, где старшие стражи обучали стажеров. Он пролетел через весь зал и только чудом его тело не зацепило никого из магов, успевших вовремя отскочить с линии огня. Испуганные стажеры кучкой собрались у окна в надежде, что их не заденет магией взбесившейся демонессы.
— Лина, прекрати, ты убьешь его! — закричал Энджелл, пробираясь сквозь разлом в стене. — Он не стоит этого!
Он, закрываясь щитами, встал передо мной и Каусом, принимая на себя удар истинной боевой магии. Его щиты треснули, но в эту же секунду я прекратила атаку. Энджелл мой друг, и он точно не должен пострадать в моих разборках с предателем-женихом.
— Отойди, — прорычала я, отталкивая его. Но он схватил меня за талию, разворачивая на себя.
— Хватит, Лина, ты его почти убила.
Я не стану бить по Энджи боевой магией, но это не значит, что я не врежу ему кулаком. Он помешал мне расправиться с тем, кто, не задумываясь, предал меня, бросил в опасности, отобрав мою магию, и разорвал со мной связь лигаре, посчитав, что я недостаточно для него подхожу! Не раздумывая, я ударила Энджи, отбросив его на пару метров, и уже повернулась к Каусу, чтобы снова припечатать уже приходящего в себя недодемона. Но Энджелл не дал мне это сделать, он атаковал меня, и мне ничего не осталось, как защищаться от кулаков лучшего друга.
В пылу сражения мы не заметили, как разнесли аудиторию, не оставив в ней ни одного предмета мебели целым. Благо, стажеры по одному успели выйти через проем в стене, спасаясь от наших разборок. Энджи был очень сильным, но моя боевая подготовка превосходила его в разы. Единственным преимуществом Энджи было то, что он не дрался в платье и на высоких каблуках. Однако, платье и каблуки хоть и были досадной помехой, не особо мне мешали, Дейвид обучил меня драться в таком виде. Разрез на платье уже давно из сексуального стал неприличным, но на это никто не обращал внимания. Я продолжала бить незадачливого друга, нанося ему с каждым ударом все больше повреждений. Он уже не мог атаковать, все его силы уходили на оборону, которая трещала по швам не хуже моего прелестного платья.
— Дейвид! — закричал Энджи, пропустив новый удар от меня, который пришелся ему в челюсть. — Сделай что-нибудь! Или я сейчас сбегу отсюда, пусть она убивает этого кретина! Я не собираюсь сам умирать из-за него!
Но его спас не Дейвид. В эту секунду аудиторию наполнили сильные демонические вибрации. Причем уже знакомые мне демонические вибрации. Они исходившие от Повелителя Харома.
Шелиак буквально заполнял своей мощью пространство. Повинуясь этой силе, Энджелл и Каус, успевший подняться, опустились на колени. Но его сила никак не подействовала на меня, я лишь обернулась на отца и удивлено моргнула.
— Энджелл, убери раздражитель Эвелины подальше от нее, она не должна его сейчас видеть, — сказал Повелитель, и друг тут же принялся исполнять приказ главного демона. А сам Шелиак подошел ко мне и обнял. Его магия хлынула ко мне, окутывая своим теплом с ног до головы.
Его сила не давила на меня, а успокаивала, постепенно гнев и злость отступили, и я смогла ясно мыслить. На самом деле я вовсе не желала Каусу смерти, пусть живет, но подальше от меня.
— Шелиак! Что ты здесь делаешь? — возмущенно спросила я, вырываясь из его объятий.
— Спасаю Веланию от разрушений, оставленных моей дочерью, — просто и с улыбкой сказал он. — Боюсь, казна Харома не покрыла бы счет, выставленный императором, если бы я тебя сейчас не остановил.