Ермак. Война: Война. Интервенция. Революция

Наследник престола Мохаммед Али-шах срочно выезжает на похороны отца из Тебриза в Тегеран и пропадает вместе со своей немногочисленной свитой в горах, не доезжая до Зенджана.
Кто-то в этом исчезновении обвиняет разбойников-курдов, а кто-то грешит на дашнаков и фидаев, которые используют территорию Персидской империи как плацдарм для организации самообороны армян на османской территории. Они целиком поддерживают требования иранцев о созыве меджлиса, где надеются получить места. А работают эти ребята, как правило, очень радикальными методами.
В общем, после смерти шаха и его наследника среди Каджаров началась грызня за престол. По идее в такой ситуации наследным шахом Персидской империи должен был стать Султан Ахмад-шах – пятилетний сын Мохаммеда Али-шаха и внук Мозафереддин-шаха. Но ещё жив и в добром здравии старший брат Мозафереддина Массуд-Мирза, который был рожден от матери нецарской крови, но до рождения Мозафереддина считался наследником Насреддин-шаха – четвертого шаха Персии, который правил долгих сорок семь лет и наплодил достаточное количество детей.
Кроме Мозафереддина и Массуд-Мирзы есть ещё Зилль ас-Султан – третий сын Насреддин-шаха. Он губернатор Исфахана, Йезда, Буруджирда, Эрака, Хузистана и Луристана, считай всего юга Персии, и он большой друг англичан. Ещё один сын, Кямран Мирза – военный министр и министр торговли, также губернатор Тегерана и многих других городов и областей. Его дочка была замужем за Мохаммедом Али-шахом, и теперь тесть наследника престола рассчитывает как минимум получить должность регента при малолетнем внуке Султан Ахмад-шахе. Точнее, он уже подписывает документы как регент.
Также жив и здоров младший брат Мохаммеда Али-шаха Малек Мансур Мирза Шуа ас-Салтане, который тоже не против примерить корону шаха Ирана.
В этой ситуации быстренько сориентировались сторонники конституционной революции, которые довели до партии Султан Ахмад-шаха и Кямран Мирзы, что готовы поддержать их, если регент малолетнего шаха подпишет указ о создании меджлиса, а потом примут Конституцию, которую парламент разработает.
Дополнительным фактором, сыгравшим в пользу конституционистов, стало то, что Персидская казачья дивизия, а точнее её командир генерал Косаговский выступил на стороне Султан Ахмад-шаха и Кямран Мирзы.
Подразделения его дивизии в Тегеране быстренько блокировали консульства и дипломатические миссии, беря их под «охрану». Под неё же заняли министерства, арсенал, отделения банков, телеграфов и другие важные и стратегические точки. В общем, Владимир Андреевич действовал решительно и в соответствии с ранее разработанным планом по наведению конституционного порядка в Иране. А его персидские казаки безропотно исполняли все приказы своего командира.
Как следствие, указ о создании меджлиса был подписан, но сторонники Малека Мансура, Массуд-Мирзы, а особенно Зилль ас-Султана стали его оспаривать, в результате чего начались настоящие боестолкновения как в Тегеране, так и в других городах Персии.
Если в столице «Персидская дивизия» в течение трёх дней прекратила все беспорядки, а на севере их практически не было, так как Султан Ахмад-шах и его сторонники в основном находились в Тебризе, то на юге, в племенных зонах, они разгорались всё ярче. Плюс к этому зашевелились наглы, почувствовав, что теряют своё влияние в стране.
И тут, словно гром среди ясного неба, просьба большинства членов наспех собранного меджлиса, с которой они обратились к Николаю II. А просили они и регент Кямран Мирза о вводе российских войск в Тебриз, Энзели, Тегеран для охраны вновь создаваемой конституционной монархии Ирана. И каково же было удивление всего «просвещенного мира», когда российский император принял положительное решение по просьбе персидского парламента. А как же подавление Венгерской революции?!
Слушал я Субботича и потихоньку охреневал. Вот это удачно сложились звёзды. Точнее, очень вовремя Мозафереддин-шах отправился на встречу с Аллахом, да и его сын тоже. Вопрос только, кто ему так помог? Может быть, дядя Кямран Мирза, который в принципе становится правителем Персии до совершеннолетия Султан Ахмад-шаха?
  
А что касается парламента и Конституции, то британцы давно живут в конституционной монархии, и власть имущие спокойно себя чувствуют. Николай Александрович, который Романов и император Всея Руси, тоже собирается вводить Конституцию и парламент. Или Думу? До моего последнего отъезда на Дальний Восток окончательно ещё не было решено, как назвать этот орган власти.
А выборы в меджлис, парламент или Думу что в Персии, что в России особой роли не играют. Как уже сказал или ещё не успел сказать Марк Твен: «Если бы от выборов что-то зависело, то нам бы не позволили в них участвовать».
Главное, что к власти в Персии пришли пророссийски настроенные люди, которые сделали свой выбор. И наши войска, можно сказать, на законных основаниях вошли в Персию, так же как до этого вошли в Афганистан.
От этих мыслей я даже с удовольствием поднял третью рюмку чая, поддержав Деана Ивановича, когда он предложил выпить за наши успехи в Персии. За успех!
  
Эпилог
 
После третьей рюмки Деан Иванович довел до меня информацию, что охранные подразделения господина Манташева вместе с воинами шейха Хазала успешно противостоят отрядам Зилль ас-Султана на юге Персии. К ним в помощь и пойдут три Кубанских казачьих полка.
– Таким образом, Тимофей Васильевич, на сегодняшний момент, по имеющимся у меня данным двух-трехдневной давности, наши гарнизоны стоят в Тебризе, Ардебиле, Энзели, Реште, Зенджане и Тегеране. Порт Махшехер контролируется одним из охранных отрядов Манташева. Кубанские полки двигаются на Исфахан, где сосредоточены основные силы Зилль ас-Султана. С его взятием, что, несомненно, сделают казаки, весь север Ирана и столица будут под нашим контролем, – Субботич замолчал и, взяв в руку бутылку со сливовицей, вновь наполнил рюмки.
Я вновь мысленно содрогнулся. Деан Иванович, как истинный серб, употреблял этот напиток только двойной перегонки, и он был крепостью где-то под семьдесят градусов или даже больше. Нет, я и чистый спирт в той жизни неразбавленным пил, всякое случалось, но, честно говоря, крепкие напитки не любил, предпочитая хорошее вино или ликеры. Из-за чего сослуживцы надо мной часто подшучивали, мол, употребляю женские напитки.
Но делать нечего, пришлось поддержать генерал-губернатора, который после этой процедуры продолжил рассказ:
– Проблемой для нас являются порты Бушер и Аббас, особенно последний. Если англичане и будут высаживать войска в Персии, то именно там. А мы его удержать не сможем, слишком уж он далеко от наших границ, да и смысла особого нет. Британцы из него смогут ударить только по Афганистану на Герат и Кандагар, но с таким плечом доставки войск и боеприпасов они вряд ли смогут сформировать сильную группировку. Да и не слышно пока о том, что они готовят десант. К тому же ещё пары недель, и те английские и индийские части, которые окружены в Туркестане, начнут капитулировать. И я, честно говоря, не представляю, куда буду девать эту массу народа. Тысяч сорок ведь наберется…
Субботич уставился перед собой каким-то невидящим взглядом, задумался и я. Такого количества возможных пленных не ожидал никто, потому что никто не предполагал, что афганцы намертво оседлают перевалы Памира и не дадут британским войскам вернуться через горы назад в Афганистан, а потом в Индию. И держали перевалы афганцы крепко, несмотря на массовые атаки англичан.
В это же время Исмаил-хан с присоединившимися туркменами, афганцами, при поддержке 1-й Туркестанской казачьей дивизии разгромил тридцатитысячную западную группировку британских войск, взял Кабул и выдавливая при активной поддержке населения Афганистана англичан с территории своего государства. А для тех, кто держал перевалы, были отправлены караваны с оружием, включая пулемёты вместе с пулемётными командами. Про артиллерию тоже не забыли. На перевалы ушли 1-я и 2-я Оренбургские казачьи батареи, плюс Туркестанская конно-горная батарея.