Дядя самых честных правил 9 (СИ)
— Я постараюсь!
— Всё, можешь идти. Я жду, когда ты найдёшь Гекату и призовёшь меня. Не медли!
Она легонько толкнула меня в лоб ладонью. Голова у меня закружилась, и я выпал из-за грани в нормальную реальность.
* * *К Флоренции мы подъехали уже в сумерках. На въезде в город нас ждала небольшая делегация: несколько стражников под предводительством дворянина в расшитом золотом камзоле.
— Рады вас приветствовать, ваша светлость! Меня зовут Эмилио Пуччи. Городской совет Флоренции получил известия о вашем приезде и поручил мне встретить вас и выразить уважение от лица всего города!
Он вычурно поклонился, широко размахивая шляпой. Я сдержанно кивнул в ответ, стараясь скрыть улыбку. Слишком уж разряженный дворянин походил на павлина!
— Мы узнали о событиях в Венеции и по достоинству оценили ваше доверие к нашему банковскому дому. Для нас большая честь принимать вас в великой Флоренции. Не сомневайтесь, здесь вы будете в полной безопасности! Если позволите, мы хотели вам предложить поселиться не в гостинице. Во Флоренции они прекрасные, но вашей светлости будет удобнее на отдельной вилле. На берегу реки Арно с замечательными видами, вышколенной прислугой и чудесным поваром. С самого утра он готовит лучшие флорентийские блюда, чтобы удивить вас и ваших спутников.
Даже не сомневаюсь, что они заботятся о моём удобстве. Ага, конечно! Вилла наверняка находится подальше от городского центра, а рядом выставлена вооружённая охрана. И вся эта любезность не от восхищения таким чудесным мной, а из опасения и желания свести к минимуму возможные эксцессы. Впрочем, я не собирался отказываться от виллы и прочих радостей, собираясь обернуть это предложение к своей пользе.
Сопроводив нас на виллу, Пуччи заявил:
— Если позволите, ваша светлость, я буду вашим провожатым по Флоренции, пока вы пребываете в городе. Я покажу вам достопримечательности, расскажу историю города и даже проведу в Палаццо Питти, где долгие годы обитала династия Медичи. А сейчас я вас покину, дабы не мешать вкушать ужин и отдыхать после долгой дороги.
Пожалуй, разговорчивый Пуччи мне даже понравился. На Таню он посмотрел с восхищением, но даже словом не позволил себе перейти невидимую черту обычной любезности. А со мной вёл себя хоть и радушно, но не раболепно.
— Буду признателен вам, синьор, — я согласно кивнул, — гораздо приятнее осматривать город со знающим человеком. Но не будем торопиться: завтра мы собираемся отдохнуть, а вот потом с удовольствием воспользуемся вашим предложением.
Пуччи снова вычурно раскланялся и оставил нас на попечении слуг.
Ужин действительно оказался хорош, вилла — небольшой, но уютной, а кровати — нескрипучими. Так что мы с Таней отлично выспались, а Диего всю ночь инспектировала местный винный погреб. Так сказать, морально готовила хранителя этого сокровища к визиту Кижа.
Мурзилка повёл себя так, будто светлейший князь это он. Оккупировал целиком диван в гостиной и властным мявом потребовал угощения. Слуги, что удивительно, его отлично поняли и выполняли все желания кота. Один притащил подушки, на которых Мурзилка барственно разлёгся, другой по первому зову приносил свежую рыбу, сметану, телячий фарш и прочие кошачьи радости.
* * *Заварушка в Венеции и дорога через горы порядком нас утомили. Так что первый день мы с полной отдачей занимались ничегонеделанием. Поздно встали, позавтракали, прогулялись в саду, поболтали о пустяках, пообедали и снова занялись всякой ерундой. А вечером слушали рассказы Диего, уже бывавшей в здешних местах, чтобы сравнить потом со своими впечатлениями.
На следующий день приехал Пуччи и устроил нам экскурсию по городу. Было в меру увлекательно и интересно. Пообедав в шикарной ресторации, мы отправились в Сады Боболи — тенистые аллеи, лабиринты дорожек, статуи, выполненные итальянскими мастерами, амфитеатр по греческому образцу, фонтан Нептуна. Гулять здесь было спокойно и интересно. А затем Пуччи привёл нас в Палаццо Питти.
— Только прошу, не шумите, — приложил Пуччи палец к губам. — Я договорился с управляющим, чтобы нам разрешили осмотреть дворец. Увы, после смерти последнего Медичи титул Великих герцогов Тосканских перешёл к дому Габсбургов, а они очень редко бывают здесь. Зато очень любят свою собственность и, — Пуччи ехидно усмехнулся, — налоги, которые платит город. Но мы, флорентийцы, всегда рады оказать услугу гостям и показать наше достояние. Прошу!
Если честно, то мне дворец показался самым обычным, если можно так выразиться. После Петербурга и Венеции, я не обнаружил здесь ничего особенного, кроме картин и статуй. Но Таня была в восторге, и его хватило на нас обоих.
Уже поздно вечером мы вернулись на виллу.
— Куда желаете отправиться завтра, ваша светлость? Могу предложить…
— Тише, Пуччи! — я выставил ладонь. — Пока прогулок нам довольно. Дня через три мы хотели бы посетить магазины и ювелиров.
— О, князь! Вы правильно сделали, что сказали мне об этом! Вы знаете, какие пройдохи эти купцы? А ювелиры? Это настоящий ужас! Выставляют страшные цены и даже не краснеют! С приезжих так и вовсе дерут по три цены. Но не волнуйтесь, я отведу вас к проверенным людям, которые долгие годы работают с моей семьёй. Даю слово, что вы не пожалеете и останетесь довольны.
По большому счёту, особо покупать я ничего не планировал. И эту поездку решил устроить по двум причинам. Во-первых, чтобы порадовать Таню какой-нибудь безделушкой, а во-вторых, чтобы отметиться в городе. Будет слишком подозрительно, если я запрусь на вилле и так просижу две недели. Вот и буду изображать скучающего аристократа, покупающего диковинки.
* * *Я вовсе не собирался бездельничать три дня. Под утро приехал Киж, выполнивший моё задание с экипажами, и я отправил его со следующим поручением. В этот раз он должен был подобраться к резиденции Тау и выяснить, охраняют ли её сейчас и какими силами.
— Загоняли вы меня, Константин Платонович, — недовольно пробурчал Киж, — а ведь мне тоже хочется посмотреть город.
— Вернёшься — посмотришь местный винный подвал. Диего говорит, что разнообразие здесь компенсировали количеством.
— Да? Тогда другое дело. Вы даже соскучиться по мне не успеете, как я обернусь.
Киж умчался верхом, а я решил не ложиться обратно в постель. За окном светлело, а спать уже не хотелось. Будить слуг я не стал, ещё вчера убедившись, что кофий они готовят не самый лучший. Вместо этого я достал из багажа походную жаровню на Знаках и маленькую железную кружку. Поставив кофий вариться, я умылся холодной водой и стал задумчиво разглядывать себя в зеркало. Бриться или нет?
Отражение дрогнуло и поплыло, будто горячий воздух. Мои черты лица стали меняться независимо друг от друга, то превращая в уродца, то делая красавцем. В мельтешении носов, губ и щёк я заметил нечто знакомое.
— Гагарин!
По зеркалу пробежала рябь, и из тёмной глубины на меня уставился князь Гагарин. Тот самый, которого я убил в Летнем дворце. Я поднял руку и ощутил под пальцами маленький рот с надменной улыбкой, крючковатый нос и покатый лоб, переходящий в лысину. Дар Хозяйки работал так, как она и обещала.
Глава 34
Пуччи
Разглядывая в зеркале лицо Гагарина, я ощутил в самом себе странные чувства. Высокомерие, надменность, раскалённые угли ненависти, прикрытые пеплом осторожности, и непомерную гордыню. Меня затопило ими, будто я залпом выпил бутылку крепкого пойла и оно ударило в голову. Отражение приняло угрожающее выражение, и губы сами зашептали:
— Убить их всех. Ненавижу! Отомстить за деда. Всех к ногтю! Мальчишку посадить на трон, и от его имени раздавить гадин. А потом и щенку голову свернуть!
Справиться с волной гнева оказалось непросто. Покойный Гагарин был буквально соткан из ненависти: хранил её, лелеял и подпитывал долгие годы. Уж не знаю, как она не спалила его самого, я бы не выдержал жить с такой дрянью в душе.