Кесарь земли русской. Трилогия (СИ)
На утро Цветана не вышла к столу, я полумал что это такой женский каприз, типа акция протеста. Только вот тут даже не средневековье и никакого феминизма я терпеть не собираюсь. поэтому я послал за княжной её охранника, чтобы силком притащил первую жену к столу. Оказалось что княжна практически при смерти.
Дело совсем швах, мои люди стали поговаривать, что змея гуннская подсыпала яду, чтобы уморить Цветану. Это уже вообще не к добру, кто-то сыграл красиво. Я ожидал покушения на вторую жену, а эти суки траванули первую, и теперь мира с Радко не будет, это точно.
По моему приказу закрыли выходы со Смоленска, и всех пересчитали, тех кто отъехал с вечера изловили по пути в Полоцк и притащили назад.
Княжну в жесточайшем режиме подвергли промыванию.
Я приказал просто вставить трубку в рот и заливать отвару, а потом вызывать рвоту и так раз за разом. Более того обыскать всё имущество в комнате Цветаны и в кладовой. Если яд подсыпали во время ужина, то почему не траванулись другие люди. Выходит, что яд подсыпали уже в ту еду или воду, что приносили в комнату Цветаны.
Так и есть в комнате стоял кувшин с квасом. А квас в светлицу заказывал с вечера именно я, выходит, что травануть пытались меня?
Провели дознание, кто принес кувшин с квасом, оказалось дворовая девка.
- Как несла, кого по дороге видела, кого просто видела вообще? - спросили уц девки.
Оказалось, что видела многих, но вот бабка-старуха, чертова ведьма остановила девку вечером и попросила испить кваску. Начали искать ведьму, ан нет её. С вечера была, а утром пропала. Сквозанула тварь, вот откуда их сук стали называть ведьмами. Раньше я её саму эту старуху называл "ведуньей", а теперь "ведьма", как есть "ведьма". И пропала странно, вроде была в сарайке со слугами, а потом пропала, никто и не видел куда делась.
А потом я узнал куда делась эта тварь. Она сквозанула не в Полоцк, перед этим, то есть буквально час назад бабка рассказывала людям у колодца, что мол траванула ведьма гуннская нашего князя, и грозилась людей привести из Оршы, что бы побить подлых гуннов и наказать змеюку - дочь Атли.
Я еще не понял что уже началось восстание, но почуял это кожей. Вначале тишину разорвали крики, а потом и звон оружия.
- К оружия, все ко мне - заорал я, вскочил со скамейки и побежал в светлицу. А в это время две стрелы прошуршав над ухом впились в дверь. Но было поздно, я уже заскочил в комнату и принялся натягивать броню.
На улице разгорался нешуточный бой, я выскочил уже облачившись и с мечем в руке.
Картина маслом, с два десятка воинов гуннской сотни пробивались к конюшням, а остальные пытались сдерживать наседающую толпу. Где же мои люди? так вон моя охрана уже бежит в броне, а остальных нет, видно ночевали за воротами княжьего двора.
Я вбежал на стену и заорал - кто, кто посмел напасть на моих людей?
- Царь, царь жив - заорали голоса - отдайте нам нашего царя подлые собаки.
- А ну тихо, всем назад - зарычал я - кто зачинщик? Все ко мне.
Толпа разделилась, стало видно как из толпы, что еще пять минут назад штурмовала княжий двор стали выходить группы людей и повернувшись встали в оборону у ворот.
- Я спрашиваю кто зачинщик бунта?
- Прости князь, нам сказывали, что тебя отравили - прокричал бородатый мужик.
- Где воевода Смоленский Тазгут? А ну взыскать его и подать сюда, а вы все уберите оружие и расходитесь по домам.
Воеводу не нашли, и я увидел как из города десятками стали уезжать люли.
- Бегут, суки, бегут,,,,, - задумчиво проговорил бородатый воин - не иначе сорвалось у них задуманное. Хотели тебя царь отравить, а тут такой случай вышел, что ты живой остался.
Я повернулся и нашел глазами сотника гуннов.
- Асаф - мы уходим , поднимай своих людей.
- Что не так? Может тут останемся, город мы удержим. - спросил начальник личной охраны моей второй жены и по совместительству сотник отряда гуннов.
- Не нравится мне все это, да и сам город не нравится, не хочу здесь ночевать, и даже воды из местных колодцев пить не буду. Думаю, что пошли они за подмогой, если обложат, то могут притащить огнеметные машины и поджечь город. Сгорим заживо не за грош, нужно уходить в Полоцк.
Сотник посмотрел мне в глаза и кивнул, а потом пошел распоряжаться подготовкой к выезду. А я взошёл на деревянную стену и долго осматривал окрестности Смоленска. Вдали тянулись в небо черные дымы кирпичных заводиков, на реке сновали небольшие рыболовецкие лодки. Вроде бы все нормально, такое обозначение мирной жизни и спокойствия, вот только именно, что обозначение. В душе клокотал вулкан и в висках стучала одна и та же фраза: "... князь Радко наказал всем идти в Данаприус, князь Радко, князь... вот они суки и бегут теперь все к новому князю, ну ничего я вам покажу, я не злопамятный, я зла не помню, приходится записывать. И я вам суки всем каленым железом на лбу напишу "ИУДА".
Нет Радко, ты не князь. Всё пришло время это кубло разрушить и сделать Смоленск по настоящему моим городищем, но это потом, а сейчас нужно спешно уходить поближе к своей земле, тут все таки земля людей Бусса.
Сразу после обедни мы выехали из Смолянки и по лесной дороге направились в сторону Витебска. Позади нашей колонны двигался арьергард из пяти десятков конных воинов Асафа.
Мы встали на ночёвку на небольшой лесной полянке, поставили телеги в круг и в центре круга поставили мой шатер. Внутри повозок осталась моя личная охрана и охрана царевны Сердолик.
Я как-то попытался узнать, что означает её имя, а царевна посмотрела на меня как на убогого и сказала, что её имя означает Огненная, то есть красно-рыжая.
Я реально чуть не стукнул себя по лбу, ведь и в правду волосы у моей второй жены были огненно-рыжими.
Часть воинов разседлали коней и легли спать, часть воинов держали коней готовыми к бою, лишь немного ослабив подпруги. А третья часть приступила к охране лагеря, уходя дозорами далеко в глубь леса.
Ночью нас поднял часовой.
- Царь Чеслав - тихо позвал воин охранник.
Я поднялся и тихо вышел.
- Там пришел старший охранения, тебя требует.
Я пошел к телегам, где воины внутренней охраны стояли со старшим боевого охранения и тихо беседовали.
- Что случилось?
- Князь, люди Атли говорят, что в лесу мимо нашего лагеря скрытно прошла сотня пеших воинов.
- Куда прошла?
- Они обошли нас по лесу и двигаются к Витебску.
- Отлично, сотня воинов, это верно те кто сидел в Смолянке и потом сбежал. Наверное местные людишки, так как тракт хорошо знают и знают, что мы встанем тут на ночлег.
- Тихо сказал я - вот только этих людей я не боюсь, мне интересно сколько воинов идет позади нас? Асаф накажи своим воинам одевать брони и готовить коней, мы уходим, повяжите все коням тряпки на копыта.
Воины начали собиратся, одел бронь и я, подготовил своих коней, покормил скотинку и проверив подготовку воинов к походу пошел к своим людям.
- Кожемяка - обратился я к сотнику - тяжкое дело могу доверить только тебе. Останься тут с двумя десятками воинов, жгите костры и обозначайте наше присутствие до утра, а по утру на рысях догоняйте караван.
- Ты князь верно мыслишь, там сзади могут конные идти, может сотня Радко, если не больше воинов. Нужно уходить сейчас и прорываться к Витебску.
- Так и есть, ты тут не спи, могут разведчики вражеские подойти и попытаться взять вас в ножи.
- Пусть пробуют, до утра мы спать не будем, а с рассвета за вами двинемся. Нас стрелами да сулицами не возьмешь, бронь наша лучше чем у людей Радко.
Я похлопал сотника по плечу и пошел к телегам, а через час мы выехали, шли в темноте ведя коней под узду. С утра сели в седло и скорость увеличилась, нужно не позволить пешим воинам Радко сделать засеку на дороге, и сбить заслон сходу.