Кольцо тьмы

Глава 1





ФОЛКО, ТОРИН, МАЛЫШ И ДРУГИЕ


«Скопа», «Крылатый Змей» и флот Скиллудра благополучно добрались до надежной умбарской гавани. Хоббиту пришлось признать — не они, не Фарнак и не Вингетор, не Санделло и не Тубала были главными в этом походе. Сотни глаз неотрывно смотрели на одного-единственного человека — Олмера, Злого Стрелка.

Слух о его чудесном возвращении обгонял летящие по волнам «драконы». Набольшие из дружины Скиллудра в очередь поднимались на палубу «Скопы» — многие из них знали Вождя Эарни-ла, ходили под его рукой, готовились приступом брать Серую Гавань с моря...

Олмер говорил со всеми. Глаза его оставались черны и непроницаемы, но для каждого из старых бойцов у него нашлось свое слово. Казалось, по палубам кораблей вот-вот пронесется клич: «Вперед, за Вождя Эарнила!» Фолко видел, как с каждым днем мрачнели друзья гномы, как покусывал губу Фарнак и как с непроницаемым лицом отворачивался Вингетор... Слава Олмера Великого, точно морской водоворот, затягивала эльдрингов; еще немного — и Король-без-Королевства с легкостью поведет за собой всех, поведет, куда ему только заблагорассудится...

Все это время Тубала-Оэсси старательно избегала Фолко, Торина и Малыша — избегала, несмотря на прямой приказ Олмера помириться.

...Это случилось вечером последнего дня пути. Фолко ощутил приближение дочери Олмера и успел развернуться к ней лицом, явно испортив половину удовольствия, — та намеревалась подкрасться незамеченной.

Красивое лицо портила застывшая маска ненависти.

— Между нами нет мира, — услыхал хоббит сдавленное шипение. — Ты убил моего отца! Ты лишил его победы! Он может говорить мне все, что угодно, — но знай, крысенок, за Серую Гавань ты мне еще заплатишь!

— Зачем откладывать? Или ты боишься? — невозмутимо произнес хоббит. Под плащом скрывалась мифриловая кольчуга: с полубезумной девки вполне станется пырнуть ножом в спину... — Давай решим все прямо сейчас!

— Нет! — яростно прорычала Тубала. — Не сейчас. В Умбаре. Когда вокруг никого не будет, когда никто не сможет остановить меня!

— Дело твое. — Фолко равнодушно пожал плечами. Говорить с умалишенной — какой смысл?

Тубала повернулась на каблуках, мигом исчезнув в темноте...

А когда ночь уже полностью вступила в свои права, Фолко, Торин и Малыш вновь, как и встарь, собрались, чтобы решить — что делать с Олмером?..

Однако они не успели обменяться и парой слов. Рядом бесшумно возникли две человеческие фигуры — одна высокая, другая пониже, сильно ссутуленная. Олмер и Санделло.

— Несложно будет догадаться, о чем станут говорить два доблестных гнома и не менее доблестный хоббит, — раздался голос Короля-без-Королевства. — Вы решаете — а не прикончить ли этого вернувшегося из-за Гремящих Морей ради спокойствия всего остального мира?

— Мы еще не начали разговора, Олмер, — быстро ответил Фолко.

— Но никто не поручится, что нам такое не пришло бы в голову! — бесшабашно брякнул Малыш.

Горбун мигом шагнул вперед, заслоняя Олмера.

— Санделло! — одернул его Злой Стрелок. — Успокойся. Дело серьезное... Так вот, слушайте меня, воины! Я хочу, чтоб мы сражались вместе, а не друг против друга. Тем более что война наверняка уже началась и отряды Хенны уже идут на север. Нам придется драться. Драться за Адамант. Об этом уже сказано немало слов. Я намерен начать с Умбара. Не сомневаюсь — с Хенной мы справимся.

— А потом? — отрубил Торин. — Мы ведь говорили — или я запамятовал?

— Говорили, да не закончили, — возразил Олмер. — Кто станет добывать Адамант? Фарнак? Вингетор? Скиллудр? Нет. Его станут добывать те, кто остановил меня... — Голос его пресекся, точно от внезапной боли. — Те, кто остановил меня в Серой Гавани. Вы трое — перед вами отступает сама Судьба. Если мы будем вместе, не будет и вопроса, что делать с Адамантом.

— Неужто ты думаешь, что мы станем помогать тебе? — тихо и спокойно спросил Фолко, в то время как его пальцы сжали рукоять метательного ножа. На сей раз он не станет медлить. — Чтобы ты снова залил кровью все Средиземье?

— Средиземье? О нет! — Олмер рассмеялся. — В Средиземье у меня нет врагов. Я с радостью сделал бы Эовин властительницей всех земель, но она сама освободила меня от клятвы. Я говорил тебе, что влечет меня ныне. А разве ты отказался бы от такого похода?

— Ты же поставишь на дыбы всю Арду! — не выдержал Фолко. Одумайся! Там, на Западе, — Силы Мира! Мало нам Нуменора? Хочешь, чтобы они потопили и Средиземье?..

— Ну если они ни на что больше не способны, кроме как топить вместе с невинными детьми и немощными стариками целые страны...

— Больно ты детей да стариков щадил, Злой Стрелок, — проворчал Торин, стиснув топор.

— Насколько это возможно — щадил, — сухо ответил Олмер. Роханские горные твердыни и вовсе устояли. Арнорские города попали в руки истерлингов почти без боя... А те никого не резали.

— Ну да, только грабили! — не выдержал и Малыш.

— Грабили, — кивнул Олмер. — А разве я говорил — они есть сама кротость и доброта? Люди. Не хорошие и не плохие. Разные... Но сейчас не о том...

Если Валар только и могут, что топить целые державы, сказал я, то не заслужили ли они того, чтобы мы наведались к ним и призвали к ответу?..

— Ты обезумел, Злой Стрелок. — Торин тяжело смотрел на Олмера. — Говорю тебе — ты обезумел. Сражаться с Валар... Когда ты произнес эти слова в прошлый раз, мы не приняли их всерьез — и, похоже, ошиблись. Да с чего ты взял, будто...

— А вот мы и посмотрим, — с какой-то бесшабашной веселостью бросил Олмер. — Это-то мы и проверим! И, если я прав, — ударим по самому средоточию силы наших врагов!

— Твоих врагов, Злой Стрелок, не наших, — покачал головой хоббит. — А кроме того, не забывай — в том, что ты жив и что жива твоя дочь, есть заслуга и Эльфов Авари...

— Я никогда не враждовал с Авари, — быстро парировал Олмер. — Сдерживал их и Срединное Княжество — да. Моими врагами были Западные Эльфы... А если разобраться, то Валар. И, кстати, если Адамант навек покинет Средиземье, те же Авари от этого только выиграют. Потому что иначе останется опасность, что сокровище попадет в руки новому Хенне... и колесо завертится в обратную сторону. Разве я не прав?


— Может, Адамант способен превратить нашу землю в цветущий сад? — заметил Фолко. — Тебе ведомы пределы его Сил, Злой Стрелок?

— Пределы — конечно же, нет. Но, мню, едва ли ты с его помощью сможешь разбивать сады и обращать в цветники заброшенные земли. Адамант — это Сила Огня... древнего, первородного... быть может, даже таящего в себе частицу Пламени Неуничтожимого!

— Пламени Неуничтожимого? — разом вырвалось у Фолко, Торина и Малыша.

— Пламени Неуничтожимого, — кивнул Олмер. — Никак иначе объяснить его чудесные свойства я не могу.

— Но ведь... но ведь это Пламя... оно только у Единого... — начал было возражать Фолко, однако Олмер останавливающе поднял руку: — Знаю, знаю, доблестный половинчик! Эльфийские предания известны мне не хуже, чем тебе. Быть может, здесь не самая Суть Пламени... какое-то его отражение... Но что связь есть — я ручаюсь. Мои бывшие хозяева, — он криво усмехнулся, — постарались изрядно, подарив мне на прощание немало ценного, так что я теперь вижу глубже, чем прежде... Впрочем, как действует Адамант, какие Силы в нем скрыты — будем рассуждать позже, когда сам Камень будет у нас в руках...

— У тебя в руках, — буркнул Торин.

— У меня в руках, — легко согласился Олмер. — По мне, это лучше, чем обрекать сокровище на бездарную гибель в Ородруи-не!.. Ну, сказано уже достаточно. Вы со мной? Да или нет? Если да — то Адамант, считайте, уже у нас...

— По-моему, мы все вместе едва унесли ноги из владений Хенны, — язвительно заметил Фолко.

— Верно. Но второй раз все будет по-иному. У нас есть опыт. Ну так как?..

Друзья переглянулись.

— Олмер, — заговорил Фолко, усилием воли заставляя себя смотреть прямо в лицо Королю-без-Королевства, сейчас полускрытое ночными тенями. — Мы не пойдем с тобой. Ты замыслил безумие. Отговаривать тебя... — Хоббит горько усмехнулся. — А это значит, что мы — вновь враги!

Злой Стрелок помолчал. Фолко чувствовал, как его буквально сверлит яростный взгляд горбуна, словно говоря: «Что же ты наделал?! ЧТО?!»

— Один раз ты уже убил меня, половинчик, — глухо промолвил Олмер. — Это было очень больно. Но я не держу на тебя сердца, потому что, убивая меня, ты меня же и спасал от более страшной участи. И потому в память о том — до Умбара мы доберемся мирно. Но — также в память о том дне — я скажу тебе, что второй раз убить меня тебе не удастся. Все ясно?

Наступило молчание. Отчего-то хоббита охватила вдруг внезапная горечь — а ведь они могли расстаться друзьями...

— Мне жаль, — негромко произнес Олмер. — Но иначе и быть не могло. Вы — хранители покоя Средиземья. Я — вечный его возмутитель. Мы обречены сражаться друг с другом. В разных ипостасях, в разных временах... Может, даже в разных Мирах... и за спокойствие не только Средиземья... — закончил он совсем уже загадочно.

— Эх-ма... — протянул Малыш. — Коряво-то как все вышло... И за какой каменной крысой сдался тебе этот Валинор, Олмер?

— Мы могли бы убить эту войну, а не разжигать новую, — проговорил Фолко.

— Убить войну... — усмехнулся Олмер. В темноте хоббит не видел выражения его глаз, но голос Злого Стрелка полнила непонятная горечь. — Убьем эту — тотчас начнется другая. Сколько сейчас идет войн, которых ты не в силах остановить, хоббит? На Юге, на Востоке, на Севере?

— Но эту-то можем, — непреклонно отрезал Фолко.

— Не можем, — вдруг заговорил Санделло. — Драться с Хенной все равно придется. И не с ним одним. А с целой армией. И убивать их — тоже придется. Ты можешь указать другой выход?

— Магия эльфов... — начал Фолко, но Олмер только отмахнулся.

— Ты же в это и сам не веришь, храбрый половинчик. Быть может, только сам Великий Орлангур... А Авари... Они, конечно, будут доблестно биться, но в одиночку одолеть целую армию едва ли смогут. Нет, дело решат честные мечи. Честные мечи эльдрингов... и орков, если те захотят последовать за мной... — Он вновь сделал паузу. — Что ж, мы сказали друг другу все. Доброй дороги! Может статься, вы еще признаете мою правоту...

— Едва ли, — с вызовом заявил Маленький Гном.

Олмер пожал плечами.

— Не спеши со смелыми словами, достойный тангар. Силы наши небеспредельны. Никто не знает, как поведет себя Адамант. Вдруг я признаю вашу правоту и вместе с вами понесу сокровище к Ородруину...



Слова Олмера во многом оказались пророческими.

Война вскипела отравным варевом, густо замешанным на крови, пожарах и смерти. Хенна не заставил себя долго ждать. Южные племена, большей частью неведомые никому не только в Умбаре, но даже и в Хараде, двинулись через Хлавийские Горы. Нельзя сказать, что число вторгнувшихся было очень уж велико, но ослабленный потерями Харад не мог сопротивляться. Опустели невольничьи рынки Умбара: тхеремцы торопливо, не торгуясь, скупали всех рабов, но их караваны уходили на восток быстрее, чем охотники за рабами, вроде тана Старха, успевали добывать новых...

До самого конца пути Олмер и Фолко не сказали друг другу ни слова. Хоббит частенько ловил на себе более чем выразительные взгляды Тубалы, но однажды такой взгляд перехватил Олмер, что-то кратко и негромко сказал дочери — и та отвернулась от Фолко с такой поспешностью, словно смотреть на него было настоящей пыткой.

Но вот наконец-то Умбар, наконец-то пристань и...

Что делать дальше Фолко, Торину и Малышу?..

Олмер, в отличие от них, знал точно.

На следующий же день в Умбаре говорили только о нем. Об Олмере Великом, покорителе Запада. Об Олмере Сильномогучем, вырвавшемся из лап самой Смерти. Кое-кто не верил, но слишком много танов и простых эльдрингов знали Вождя Эарнила в лицо. В охватившей Умбар сумятице никому не было дела до хоббита, двух гномов, юной золотоволосой девушки да смуглолицего кхандца, оставшегося с ними, несмотря ни на что.

— Надо идти назад, — твердил Малыш. — Назад, к Хенне!

— Сами только-только унесли оттуда ноги, — вновь и вновь напоминал другу Торин.

— Так что же нам, в тхеремскую армию вступать? — с досадой спрашивал Фолко, уставший от длившихся уже третий день споров.

— Можно и вступить, — пожимал плечами Рагнур. — Там сейчас каждый боец на счету. Золота они не жалеют...