Призрачное эхо
Часть 7 из 43 Информация о книге
– Она постоянно это твердила, стоя у открытого окна. Разве я виновата, что она так громко говорит? В общем, она сказала, что когда он закончит с этой ученой штукой на севере, то сможет уйти в отставку и проводить время с семьей. Понимаете, что к чему? – Не совсем. Полагаю, вы подозревали ее в неискренности и считали ее опасной. Как вы думаете, не могла ли она быть русалкой? Может, суккубом? Сиреной? Она когда-нибудь хотя бы отчасти напоминала птицу? – Что? – спросила женщина. – Что «что»? – переспросил Джекаби. – Занимайтесь своими делами, мэм, – вмешался офицер Мур. – Здесь ведется расследование. Не мешайте. Благодарю вас. Женщина смерила нас подозрительным взглядом, но подобрала лейку и зашагала прочь. Мур снова дернул шнур колокольчика. – Прошу прощения, сэр, – сказала я. – Но раз профессор и миссис Хул исчезли, то кого мы ждем? – У них есть экономка, – проворчал Мур. – Она живет в доме. – Он несколько раз постучал в дверь. – Поторапливайтесь, мисс Уик! Это полиция! Наконец дверь со щелчком отворилась, и из нее выглянула маленькая испуганная женщина с широко посаженными круглыми глазами, жестом предложившая нам войти. – Добрый день! – поздоровалась я. – Покажите им тут все, как показывали мне, – сказал Мур. Мисс Уик выглядела сбитой с толку. – Покажите им дом, женщина. – Мур обвел руками стены. – Дом покажите. Экономка кивнула, но ничего не сказала. Она провела нас по каждой комнате и по лестницам. Повсюду мы то и дело натыкались на миниатюрные копии паровых двигателей и какие-то наполовину собранные механизмы; кабинет профессора оказался тоже завален эскизами и чертежами. В целом же, если не считать этих чудесных конструкций, это был дом как дом. Семейное гнездо. Никаких скелетов в шкафах Хулов не обнаружилось. Впрочем, мне показалось, что от меня ускользает какая-то деталь, хотя я и не могла определить, какая именно. Но к концу молчаливого осмотра я поняла. – Павел побывал здесь, – прошептал мне на ухо Джекаби, когда мы вернулись в прихожую. – Я в этом уверен, хотя его аура давно развеялась. Некоторые макеты профессора достойны внимания, но ничего из ряда вон выходящего я не увидел. Общая атмосфера – смесь невинности и тайн, не скажу, от чего именно. А вы что-нибудь заметили? – Только то, что отсутствует кое-кто еще, – ответила я. Джекаби многозначительно приподнял бровь. – В шкафу аккуратно сложены подгузники, под диваном валяются деревянные кубики… – А! Понятно, – кивнул он. – Извините, офицер, – сказала я. – Но разве у Хулов есть дети? – Нет, – без эмоций ответил Мур. – Любопытно, – произнесла я. – Не очень. Они женаты всего год – о чем вам было бы известно, если бы вы вели расследование с самого начала, как мы. Ну что ж, вот и все. Вы осмотрели дом целиком. Вас проводить обратно до вокзала, или вы собираетесь и дальше тратить мое время? – Минутку, – сказал Джекаби, поворачиваясь к мисс Уик. – Прежде чем мы уйдем, нам хотелось бы обсудить отъезд вашей хозяйки, если вы не против. Мисс Уик неуверенно кивнула. – Не могли бы вы рассказать подробнее об обстоятельствах, при которых ваша хозяйка покинула дом? Женщина снова вежливо кивнула, но в ее глазах читалась полная растерянность. – Куда уехала миссис Корделия? – Да, миссис Корделия. Да. Миссис Корделия уехала. – Мисс Уик снова кивнула. – Она не особо говорит по-английски, – сказал Мур. – Правда, мисс Уик? Женщина замотала головой. – По-английски нет. Не много. Нет. – Полячка, – сказал Мур. – Хм, – Джекаби взглянул на меня. – Как у вас с польским, мисс Рук? – Никак, – ответила я. Джекаби повернулся обратно к экономке. – В доме был ребенок? Дитя? – Он изобразил, будто укачивает малыша на руках. – Где ребенок? – Przepraszam, – сказала женщина, беспомощно поглядывая на офицера Мура. – Nie rozumiem. Я… я не понимаю. Джекаби нахмурился и наклонился близко к женщине, глядя ей прямо в глаза. Мисс Уик невольно шагнула назад. – Мисс Корделия… у-у-уехала, – повторила она. – Что ж, немного от этого толку, – сказал Джекаби, но тут его как будто осенило. – Минутку. Он пересек коридор и подошел к распахнутому окну, через которое внутрь залетал летний ветерок. – Эй! Да, вы! Я вижу вашу соломенную шляпу над изгородью. Что можете сказать о ребенке? Мы с офицером Муром поспешили присоединиться к Джекаби, чтобы увидеть, как любопытная соседка нарочито увлеченно подстригает и без того идеальный куст. Поперхнувшись, она выпрямилась и окинула взглядом свой сад. – Конечно, это не мое дело… – начала она. – Прошу вас, мадам. Мы будем признательны вам за помощь. – Ну что ж… – он положила ножницы и подалась вперед. – Ребенок-то не Корделии, а этой иностранной служанки. Кто отец, неизвестно. У нее дурная репутация, как пить дать. Хулы наняли ее, вернувшись из медового месяца. Даже ума не приложу, с чего вдруг бедный Лоуренс, упокой господь его душу, пустил эту женщину в свой дом. Да и Корделия вечно носилась с ней. Они то и дело болтали и даже смеялись вместе! Разве так обращаются с прислугой, да еще с такой сомнительной репутацией? – Если это ребенок мисс Уик, то куда он делся? – спросила я. – Мы осмотрели каждую комнату в доме. Я повернулась, чтобы взглянуть на экономку, но мисс Уик и след простыл. – Мисс Уик? – позвала я. Мур с Джекаби тоже обернулись. – Мисс Уик! Офицер Мур помог нам обыскать весь дом сверху донизу, но мисс Уик как сквозь землю провалилась. – Ее аура ничем не примечательна, и она повсюду в этом доме, – сказал Джекаби, пытаясь напасть на след. – Это все равно что искать иголку в стоге сена. В конце концов ему удалось обнаружить в воздухе слабый след паники и страха, но он привел нас к черному выходу на оживленную улицу. – Исчезла, – провозгласил Джекаби. – Хм, – озадаченно проворчал офицер Мур. – Мисс Уик все время участвовала в расследовании. И не доставляла никаких хлопот. То, что она сбежала, это… – он снял фуражку и покачал головой, всматриваясь в переулок, – это странно. – Да, – произнес Джекаби. Его серые глаза сверкали, а губы растягивались в непроизвольной улыбке, несмотря на все сегодняшние события. – О да. Глава шестая – Решительно не понимаю, чему вы улыбаетесь, сэр, – сказала я под перестук колес вечернего экспресса в Нью-Фидлем. – Мы нисколько не приблизились к тому, чтобы найти убийц, выяснить правду и добиться правосудия для Дженни. Мы не нашли ничего, кроме новой порции вопросов. Мимо нас лениво проплывал Глэнвиль; заходящее солнце окрашивало мраморные здания в мягкие оттенки красного и оранжевого. – Вопросы – это хорошо, – сказал Джекаби. – Вопросы – это мысли для ума, все равно что уголь для топки. Я бы больше беспокоился, если бы у нас их не возникло. – Будь по-вашему, но я была бы счастлива, если бы мы нашли хотя бы парочку удовлетворительных ответов, с которыми можно явиться на доклад к комиссару Марлоу. – Работа детектива не приносит ни счастья, ни удовлетворения, мисс Рук, – сказал Джекаби, устраиваясь поудобнее, пока мимо нашего окна проплывали янтарные здания. – Марлоу поймет. – Ничего не понимаю, – повторил Марлоу, стараясь не повышать голос, когда мы на следующее утро сидели напротив него. – Я хочу сказать, что наша вчерашняя экспедиция была весьма полезна, – объяснил Джекаби. – Вы нашли пропавшую женщину? – Не совсем. Нисколько. Нет. Но нам удалось найти женщину, которая не пропала, – оптимистичная шутка Джекаби, казалось, не произвела совершенно никакого впечатления на Марлоу, продолжавшего сидеть с каменным выражением лица. – Правда, мы потом ее потеряли, – признался Джекаби. – Так что теперь у нас две пропавшие женщины. И еще ребенок. – Что? Ребенок? Где вы нашли ребенка? Глаз комиссара задергался, когда он положил обе ладони на стол и глубоко вздохнул.