Мафиози и его мальчик (СИ)
- В Швейцарию, - ответил твёрдо Яр, – через Магадан.
Люк повёл плечом.
- Нормальный вариант. Но надо брать билет. И в Магадане вас уже могут искать. Я предлагаю так, - он извлёк из кармана телефон и потряс его в руке, а потом негромко выругался. – Вот чёрт… С дороги ещё ловил.
Люк покачал головой.
- Короче, билеты куплю я и дам вам знать – найдите только место, чтобы он ловил.
Яр кивнул и взял из его рук телефон.
- Спасибо, - произнёс он, глядя на стол перед собой.
- Ты уже говорил, - Люк усмехнулся. – Ты больше не вляпайся ни в какое дерьмо. Ну и если что… Буду потом звонить. Будешь у меня в Европу окном.
Люк усмехнулся и, встав, хлопнул Яра по плечу рукой.
- Ты что, не останешься до утра? – спросил тот.
- Да это.. неохота вам мешать.
Люк окинул взглядом обоих сидящих за столом. Андрей плотно прижался к Яру плечом, и тот на сей раз не пытался уклониться, напротив, так же изо всех сил вжимался в него. «Голубки», - хотел было пошутить он, но представил реакцию Яра и передумал.
- Оставайся, - вдруг попросил Андрей. – Яр соскучился, видишь же. Когда увидитесь ещё?
Люк замешкался и перевёл взгляд на Яра. Тот молча смотрел в стол перед собой.
- Дорогу всё равно развезло, - буркнул Люк наконец и вернулся за стол.
Люк остался не на ночь, а на три дня – Андрей, который сам выступил инициатором этой идеи, чувствовал, как стремительно выпадает из повседневной жизни Яра – на охоту тот ходил с Люком, Люк теперь заботился о дровах, и даже воду Яр таскал вдвоём с Люком. Зачем здесь нужен он сам, Андрей не понимал, тем более, что Яр не прикасался к нему все эти три дня – не было ни утреннего секса, который уже стал привычным, ни даже простых объятий по вечерам.
Андрей начинал беситься, и неизвестно, до чего бы в конце концов дошла его нарастающая злость, если бы на четвёртое утро не выпал снег.
Стояло ещё только начало октября, и никто не ожидал этого снега – даже Яр, который больше всех говорил о приближающихся холодах.
Белая пелена одеялом накрыла деревья и палую листву, и только вода в озере пока ещё оставалась водой, хотя ночью ненадолго и превратилась в лёд.
- Дождались, - сообщил Люк, закуривая сигарету. Сигареты он привёз с собой – Яр и Андрей давно уже перестали курить.
Андрей кутался в свой новенький пуховик. Яр пока ещё нормально чувствовал себя в свитере и ветровке, а вот Люку, который не собирался задерживаться здесь надолго, не повезло больше всех – у него не было ничего, кроме водолазки и пиджака.
- Надо ехать, - сказал он и посмотрел на Яра. Тот только кивнул.
Тем же утром они попрощались. Люк оставил им дополнительную флягу бензина и уехал, оставив между деревьев длинный след из примятого снега.
Яр повернулся к Андрею, и Андрей уже думал, что сейчас, когда Люка рядом нет, Яр наконец обнимет его, но тот просто посмотрел с минуту молча, отвернулся и пошёл в дом.
Андрей обхватил себя руками, чувствуя, как каждой клеточкой тела ощущает теперь приближение зимы.
Весь последующий день Яр таскал телефон с собой и отыскивал точки, где будет хоть немного пробиваться связь.
Люк прозвонился к вечеру второго дня. Яр молча выслушал его и, поблагодарив, повесил трубку, а затем посмотрел на Андрея.
- Самолёт будет только двадцать шестого числа.
- А сегодня какое?
- Четвёртое.
Андрей присвистнул.
Яр усмехнулся одним краешком губ.
- Вот и посмотришь, каково тут зимой.
Зимой на самом деле – по крайней мере в октябре – оказалось не так уж и страшно. Разве что пришлось отказаться от ночёвок у костра, да от купаний в озере. Бриться тоже теперь было трудно – но Андрей старался не пропускать ни дня, в то время как Яр на эту процедуру попросту наплевал.
Зато он снова стал успокаиваться. Говорил он после визита Люка немного и на охоту с появлением снега снова стал ходить один, но зато постоянно тянулся Андрея обнять – даже когда тот был занят готовкой или дремал. Андрею не нравился его взгляд – какой-то грустный и протяжный, как деревенская песня-плач, и не нравилось то, что хрупкая гармония, установившаяся между ними, дала трещину, стоило только между ними встать кому-то ещё. Он необыкновенно отчётливо понимал, что в Лондоне будет куда больше людей и куда больше соблазнов. Невольно вспоминалась их первая поездка на Байкал, когда они были почти что счастливы – недолгих несколько недель. Выбора, впрочем, не было, он и сам понимал, что жить здесь до конца дней не сможет. И двадцать четвёртого октября Яр заправил джип, закинул сумки на заднее сиденье и остановился около дверцы.
Ни ему, ни Андрею не хотелось покидать этот дом. Яр необыкновенно отчётливо осознавал, что не вернётся сюда, в дом своего детства, уже никогда.
Андрей тоже чувствовал нечто похожее – он хотел подарить этот дом Яру. Из всего, что они сделали за десять лет, только он и принёс пользу им двоим. Это место не хотелось терять, и он просительно посмотрел на Яра, будто уговаривая остаться ещё хотя бы на денёк.
Яр прикрыл глаза и покачал головой. На денёк остаться было нельзя – никто из них представить не мог, когда будет следующий рейс. Он первым нырнул в салон, а следом и Андрей.
- Меняться будем? – спросил Андрей.
Яр кивнул. Ехать по прямой дороге было бы не так уж долго, но, учитывая погоду и поваленные деревья, можно было рассчитывать часов на двадцать в пути. Яр бы предпочёл переночевать в машине, а утром продолжить путь, но иногда Андрею проще было уступить, просто чтобы не заглаживать непонятную вину потом.
Часов через пять пути стало ясно, что прогнозы сбываются целиком – недавно прошла метель, и под тяжестью снега кое-где обвалились деревья, да и просто, чтобы продвигаться по сугробам, нужен был снегоход, а не джип. Колёса без конца буксовали в сугробах, пока, в конце концов, мотор не издал последний вздох и окончательно не заглох.
Было уже совсем темно, и за окнами машины косыми брызгами снова мела метель.
Яр выругался.
Андрей вопросительно, даже с надеждой, посмотрел на него.
- Сможешь починить? – спросил он.
Яр уже знал, что не сможет, но на всякий случай всё-таки выбрался наружу и поднял капот. Посмотрел на него какое-то время, больше подбирая возможные решения, чем пытаясь разобраться, что же именно там сорвалось.
Можно было вернуться назад. И что потом? Сидеть взаперти в избушке в четырёх часах езды от населённого пункта всю зиму. Хорошо хоть Люк оставил телефон, только трудно было представить, что кто-то, кроме самого Люка, потащится их спасать. А сам Люк уже должен был быть в Москве.
Ярик попытался прикинуть, сколько ходу до Магадана – получалось, что если не спать ночью, ещё можно было успеть на самолёт.
Он захлопнул капот и засунул нос в салон.
- Перебери шмотки. Выкинь всё лишнее. На сборы пятнадцать минут и идём пешком.
========== Часть 92 ==========
Пурга мела, не переставая, становясь с каждым часом всё сильней. У Андрея были часы – ещё из Москвы привезённые, прошедшие Испанию и Иркутск Swatch из нержавеющей стали. Только они и позволяли хоть как-то определить: идёт ли время - или остановилось совсем.
Тьма окружала со всех сторон, и каждые следующие десять метров дороги ничем не отличались от предыдущих, так что через какое-то время Андрей вообще перестал понимать, куда они идут – надеялся только, что Яр как-то разбирает несуществующую дорогу в темноте, но Яр молчал с тех самых пор, как заглох мотор, и не говорил ничего.
«Раньше надо было идти», - билось у него в голове. По компасу он более-менее мог представить, в каком направлении находится Магадан, но вот уверенности в том, что машина остановилась именно там, где он представлял, не было никакой.
Как это частенько бывало с ним на холоде, разнылась нога. Яр на каждом шагу стискивал зубы, чтобы не показать молотком стучавшую в бедре боль. Впрочем, в боли был и позитивный момент – по крайней мере, он был уверен, что не отморозил ничего.