Общение по-взрослому (СИ)

 — Я не о таком говорил! Влад!
Подхожу к кровати и сажусь на край. Моя рука ложится на живот парня. У него тут же сбивается дыхание, а я с досадой отмечаю, что не все девушки настолько чувствительны.
 — Будь хорошим мальчиком и прекращай орать, — говорю мягче. — Меня не будет всего пару часов.
 — Влад…
Скольжу кончиками пальцев ниже и удивляюсь его реакции. Парень краснеет и зажмуривает глаза, потому что руки связаны — прикрыть лицо ладонями просто нет возможности. Он почти моментально заводится. Мне льстит это. Я натурал, но мое эго отзывается сейчас не на пол, а на наше взаимодействие.
Поддеваю клыком сережку в губе и облизываюсь.
 — Пожалуйста… — шепчет он.
Мои пальцы сейчас очень близко к головке его стоящего члена. Парень подаётся бёдрами вперёд, пытаясь получить желанное прикосновение. Я встаю, оставляя его неудовлетворенным, беру куртку и ключи от комнаты.
 — Влад!
 — Я вернусь, не скучай!
Заперев дверь в комнату, спускаюсь и отдаю ключ вахтерше.
 — Вересов, опять позже заявишься? — ворчит она.
 — Капитолина Егоровна, — улыбаюсь я, опираясь на стойку, — я же помню, что вы любите «Вдохновение».
Коробка конфет — малая плата за возможность не возвращаться в общагу к назначенному времени. Впрочем, сегодня я не собирался долго задерживаться.
На этой вписке были в основном почти уже выпускники и куча приблудившегося народа. Я сюда был приглашен друзьями друзей. Приходить в разгар вечеринки — дурной тон, скажете вы… Я же скажу, что это самое интересное. Половина уже пьяна, сразу становится ясно, кто здесь добыча полегче, кто не напивается совсем, а кто такой же хищник, как и ты сам.
Я отмечаю девушку в короткой юбке в складку, она пошатывается и глупо улыбается. Наблюдаю за ней некоторое время на случай, если она пришла сюда с кем-то, но замечаю только такую же пьяную подругу.
Уломать ее на секс оказывается проще простого. Мы закрываемся в ванной, она пытается проявлять инициативу. Не могу сказать, что процесс приносит мне сильное удовольствие, поэтому пытаюсь быстрее кончить, не особенно заботясь об удовольствии девушки. В ванной жарко, ее еще больше уносит.
Я выхожу на балкон в поисках людей, которые смогут поделиться сигаретой. Жизнь студента-первокурсника без богатых родителей заставляет бомжевать и распоряжаться карманными деньгами крайне аккуратно.
 — Держи, — протягивает мне пачку девица, сидящая прямо на перилах балкона. — Коньяк будешь?
 — Нет, воздержусь.
 — Что-то ты быстро, — хохочет она. — Я думала, вы из ванной не выберетесь теперь.
 — Можно подумать, она завтра вспомнит, — хмыкаю я.
 — Тогда зачем вообще заниматься сексом, когда твой партнёр тебя даже не вспомнит? Разрядка и руками разрядка.
Мне и ответить толком нечего на ее слова. Не должен же я рассказывать ей, что там, откуда я приехал, все друг друга знают. И о любой подобной связи, случившейся у нас, через час будут знать все. Вообще все.
 — Зелёный ты еще, — делает она вывод. — Ни себя не знаешь, ни предпочтений, фетишей. Поэтому и от процесса удовольствия не получаешь, — девушка ловко спрыгнула и добавила, протискиваясь мимо меня: — Пока партнёр не резонирует с тобой, а ты с ним, это не секс, а дрочилово в живого человека. Кстати, а вон и ее парень вернулся. Беги.
Но убежать я не успел. Пришлось отбиваться, благо мы были в одной весовой категории, а народ вокруг быстро бросился нас разнимать. Эту драку в итоге мне пришлось запомнить на всю жизнь. Именно тогда мне скололи кусочек клыка. Так что в общагу я вернулся почти вовремя, получил подзатыльник от Капитолины Егоровны, взял ключ и… застыл на пороге, потому что совершенно забыл о своем соседе.
 — Влад, — проскулил он, — я в туалет хочу.
 — Терпи, Петь.
Я скинул куртку и снова посмотрел на парня. Пока партнёр не резонирует со мной, а я с ним, значит…
Любопытство подтолкнуло меня подойти к кровати парня снова. Он точно резонирует со мной. Стоило мне провести рукой по его торсу, как он всхлипнул. А я?
Петя был выпускником. Его соседа отчислили в прошлом году, поэтому заселили меня — первокурсника. Почти весь год парень делал вид, что мы просто друзья. И только недавно спалился, что я ему нравлюсь. Наручники, которыми он сейчас был пристегнут к железным прутьям кровати, притащил кто-то из девчонок.
 
 — Влад…
 — Заткнись.
Для меня это было экспериментом, возможностью узнать что-то новое о себе же. Как же странно было чувствовать превосходство и удовлетворение от простого жеста, заставляющего вспыхнуть человека рядом с тобой. Я наклонился ближе и провёл указательным пальцем по его губам, заставляя открывать рот и принимать его в себя. Парень пристально и так доверчиво смотрел мне в глаза, прекрасно осознавая, что это просто развлечение, но безоговорочно подчинялся, позволяя делать это с собой.
 — Хочешь меня? — спросил я почти в самые его губы.
 — Да, — снова проскулил он.
 — Ты же понимаешь, что я предлагаю тебе просто секс?
 — Да…
Это был первый раз, когда я целовал парня. Привязанного, возбужденного и желающего меня парня. Целовал так, будто это не просто соприкосновение губами, а настоящий оральный секс.
В кармане оставалась еще одна резинка. Сомневаюсь, что у этого парня был хоть кто-то, но так было спокойнее. Я снова влез пальцами в его рот, смачивая их его же слюной, чтобы все не происходило на сухую. Кровать прогибалась и жутко скрипела от каждого движения, поэтому мне пришлось отстегнуть наручники и поставить парня к подоконнику, заставив его опереться руками.
 — Выключи свет, — попросил он.
 — Зачем?
 — Нас видно…
Второй корпус общежития располагался прямо напротив нашего, многие еще не спали. Пришлось подчиниться. Так стало даже лучше. Обострились другие чувства, а он даже стал меньше стесняться.
Сейчас я бы сказал, что парень был невероятно чувствителен, а может просто настрадался за вечер, ожидая меня, но тогда мне было наплевать. Я очень быстро выдолбил из него оргазм, не понимая толком, как это делается, а потом кончил сам. Придя в себя, он натянул что-то и практически выбежал в туалет.
Остаток вечера прошёл в неловком молчании. На следующий день меня поймал Зотов, затащил в первую попавшуюся пустую аудиторию и начал верещать:
 — Какого хрена я ловить тебя должен, а?
 — Геннадий Степанович… - закатываю глаза и вздыхаю.
От прохладного воздуха во рту зуб «мёрзнет», зализываю его кончиком языка.
 — Что? Кто сегодня консультацию прогулял? Ты отчисления хочешь?
 — Да какая разница, как я учусь? — задаю ему мучивший меня все это время вопрос.
 — Вересов, ты на бюджет поступил! Ты чего дурака из себя строишь? Ты же знаешь, сколько стоит обучение у нас здесь и какой конкурс!
 — Это бесполезно. Я могу быть лучшим на курсе, но никто по итогу не возьмёт меня на работу, потому что такие места давно забиты наследниками этих же… Нет смысла работать на диплом, а на тройку я всегда спишу, — я попытался сбежать.
 — Стоять! Что ты сейчас сказал? Нет смысла? Это твоя причина зарывать свой талант?
 — Какой талант?
Я всю жизнь искренне считал, что не отличаюсь от сотен других покорителей столицы. Все мы в итоге затеряемся здесь. Такой город проглатывает нас не жуя.
 — Влад, мало просто впитать информацию и выдать ее на экзамене. Таких у нас целый поток. Ты же ее анализируешь, структурируешь, подать красиво умеешь. Эти проплаченные наследники так и будут проходить дальше за родительские деньги. И это даёт тебе шанс выделиться.
 — Чем? - продолжал упрямиться я.
 — Мозгами. Чем хуже они знают свое дело, тем ценнее ты, как специалист.
 
Я промолчал. Это было обидно, но жизнь вообще не очень-то справедливая штука.
 — Ты хочешь после универа остаться в профессии? — продолжал давить Зотов.
 — Да кому я здесь нужен?..
 — Хочешь, спрашиваю?
 — А если и хочу, то что?
Геннадий Степанович улыбнулся, чувствуя, что ему удалось меня убедить.