Поиграй со мной (СИ)

 — Я равнодушен к алкоголю. Из зависимостей предпочитаю секс, кофе и сахар.
 — А я знаю, где ты свечи покупаешь… — многозначительно посмотрела на меня Настя.
Приём сведения к абсурду в таких ситуациях обычно работает безотказно, поэтому я ни капли не смущаюсь, а просто и непринужденно бросаю:
 — А это было тайной?
Дальше разговор пошёл проще. Настя даже пошутила, что я украл сердце Вани — настолько горячо он признавался мне в любви вчера. Кажется, сам Ваня этого не помнил, а я утром ни словом об этом не обмолвился. Пришлось снова прикидываться дурачком.
Когда девушки ушли, Ваня тут же спросил, правда ли это.
 — Что взять с пьяного человека…
Я встал у окна и распустил волосы. Усталость накатывала с тонкой ноющей болью в голове. Ваня обнял меня сзади и уткнулся куда-то в затылок.
 — Но это правда, — прошептал он.
 — Не разбрасывайся такими словами, хорошо? — попросил я.
 — Я не разбрасываюсь, Март. Я люблю тебя.
========== Читер ==========
Мне нечего было ему ответить. Я не помнил даже, говорил ли Димке, что люблю его, для нас это было тогда чем-то естественным. В моем понимании, признание автоматически делает тебя уязвимым, слабым перед другим человеком. Такие ощущения нередко появлялись у меня рядом с Ваней. Казалось бы, он младше, с частично оставшимся юношеским максимализмом, открытостью, но иногда неосознанно попадает по таким больным точкам, что хочется запереться в своей комнате и забраться под одеяло с головой.
В очередное утро, спеша на работу, я забежал в одну из сетевых кофеен, чтобы помочь организму проснуться.
 — Март? — услышал я от парня за кассой.
Подняв голову увидел друга, с которым мы тусили в одной компании целую жизнь назад.
 — Привет, Жень, — я с трудом вспомнил его имя, благо на парне был бейдж.
 — Офигеть, сколько лет прошло. Если б не татуировки, я б тебя и не узнал… Волосы отрастил.
 — Да, татуировки сильно облегчат опознание моего трупа.
Приготовив кофе, Женька отпросился и вышел со мной на улицу. Я не горел желанием с ним общаться, но парень закурил и предложил мне сигарету.
 — Я бросил, — признался я.
 — Общаешься с кем-то из наших?
 — Нет.
Я смотрел на него и понимал, что как-то вовремя ушёл оттуда. Наш разрыв с Димкой уберёг меня от зависания на чужих квартирах, от множества вредных привычек, от какой-то моральной деградации.
 — Тогда ты не слышал?..
 — Чего?
 — Так это ж… Димка же того. Передознулся пару месяцев назад.
Я повернул к нему голову и чуть не выронил кофе. У меня не было сил что-то спросить. В голове вообще воцарилась полная пустота, а по телу пробежали противные мурашки, будто в летний день резко стало на пару десятков градусов холоднее.
 — Я думал, уж ты-то точно знаешь об этом.
 — Откуда? Не написал же никто даже…
Весь рабочий день прошёл, как в тумане. Домой я ехал со смешанными чувствами. Вот вроде бы меня там ждёт Ваня, а я почему-то не хочу ехать к нему в таком состоянии. И как вообще делиться такими новостями о своих бывших с тем, кто твой парень сейчас? А делиться же придётся? Такое состояние просто так не скроешь.
Кухня за два месяца совместной жизни стала для нас местом ожидания друг друга с работы. Я уже почти без зазрения совести заглядывал в шкаф Вани за чаем и с удовольствием заваривал ему кофе с утра. Вот и сейчас в квартире снова вкусно пахло какими-то травами. По дороге домой я перерыл половину своих старых контактов и все же узнал, где похоронили Димку. Вот только от одной мысли, что мне придётся ехать и видеть могилу собственными глазами, становилось плохо.
 — Привет, — мне было неловко появляться сейчас перед Ваней.
 — Что-то случилось? — сразу спросил он, едва увидев меня.
 — Я… встретил сегодня старого знакомого.
Хотелось рассказать все как есть, но я вынужден был подбирать слова.
 — Это кто-то очень неприятный?
Ваня обнял меня, а я вдруг слишком остро почувствовал нехватку простого человеческого тепла. Инстинктивно прижался к парню, мне вдруг стало очень страшно, правда, я не до конца понимал причину своего страха.
 
 — Март?..
 — Постой вот так немного, — попросил я, все еще не зная, с чего вообще мне стоит начать разговор.
 — Да что с тобой?
Ваня сейчас оказался для меня якорем — тем человеком, из-за которого я боялся сорваться, сделать какую-нибудь глупость.
 — Мне сегодня рассказали про моего бывшего… — большего сказать я просто не успел, Ваня резко отстранился и вышел из кухни. — Вань?
 — Я не хочу ничего слышать! Зачем вообще тогда было… Черт.
Мне пришлось последовать за ним, хоть я и не решился зайти в комнату, остановившись на пороге. Он стоял ко мне спиной и смотрел в окно.
 — Вань, послушай меня, пожалуйста.
 — Я уже послушал, ты сказал, что моногамен. Почему я опять должен тебя слушать?
К горлу подступил комок, мешая мне сказать такие важные слова. Почему? Потому что он… Я не был готов произнести это вслух. Потому что мне страшно? Потому что… ты мне нужен.
Вместо этого по мне снова поползли мурашки, отвратительным холодом сковывая все тело. Ваня все еще стоял ко мне спиной. Тогда я просто развернулся и зашёл к себе, впервые закрыв на замок эту чёртову дверь, пытаясь отрезать себя от всего мира. И вдруг понял, что вся моя жизнь ограничивается сейчас этой комнатой. Каким бы я ни пытался казаться людям, все это не имеет значения.
Я же научился жить самостоятельно. Но сейчас на меня накатывало то же чувство, что семь лет назад, когда я понял, что остался один. И на Ваню я злиться не мог, потому что прекрасно понимал его ревность. Отлепившись от двери, я подошёл к кровати и упал на неё спиной, накрывая лицо подушкой. Мне хотелось выть, но в то же время я не мог себе позволить этого.
 — Март? — раздалось из-за двери.
Я лишь плотнее прижал подушку к голове, стараясь не слушать ничего. Нужно успокоиться и трезво подумать, что же делать дальше.
 — Март! — и стук в дверь.
А я стараюсь закрыть уши, оставшись наедине со своими мыслями. Какой же у меня в голове бардак. Как разложить все это по полкам? Как снова навести порядок?
Вздрагиваю, чувствуя, как рядом прогибаются пружины матраса под весом чужого тела. Его ладони проходятся по животу к груди, гладят мои напряженные запястья поверх подушки.
 — Март… Расскажи мне, что случилось?
Он убирает подушку, а я вцепляюсь в самого Ваню. Меня все же прорывает.
 — Не уходи, — шепчу я, — мне страшно. Я не понимаю, почему все тогда так получилось. Что я сделал не так? Почему после стольких лет отношений он тогда не просто ушёл, а начал мне изменять? Чего ему не хватало во мне? Я бы даже понял, если бы он нашёл кого-то, но… И вот теперь его нет. А что если я мог что-то сделать? Что я буду делать, если ты тоже скажешь, что тебе меня мало?
 — Март, успокойся.
Ваня обнимал меня и гладил по волосам. Меня трясло, но его сильные объятия и жар тела действовали умиротворяюще.
 — Сходи со мной туда. Я не смогу один.
 — Хорошо.
Не знаю, сколько мы так пролежали, но успокоился я явно не скоро. Постепенно возвращалась способность мыслить здраво. Только сейчас я подумал, что закрывал дверь на замок.
 — Вань, а как ты вошёл?
 — Я думал, ты спросишь это еще в прошлый раз, — хихикнул он.
 — В прошлый?
Когда еще я закрывал дверь на замок?
 — Когда ты болел. Я в этой квартире уже несколько лет живу… У меня есть дубликаты ключей от всех замков.
Он сказал это так, будто я поймал его за чем-то постыдным. И тут до меня дошло…
 — Ты был в моей комнате еще до этого.
 — Хозяйка квартиры просила разузнать о тебе чуть больше. Я почти ничего не трогал, но…
 
 — Но?
 — …но меня это очень завело.
========== Добро пожаловать ==========
Я думал, меня на кладбище накроет, но поездка туда и присутствие Вани наоборот подействовали очень успокаивающе. Стыдно признаться, но все будто бы встало на свои места.