Поиграй со мной (СИ)

Я спал, как убитый в ту ночь. Вымотанный самогоном, похмельем и сексом мой организм наплевал на всю непривычность обстановки и жадно взял свое.
Разлепив глаза, я понял, что меня будит уже полностью одетый Ваня.
 — Вставай. К тебе там пришли, — недовольно сообщил он.
Не представляя, о ком он говорит, я оторвал себя от подушки, влез в шорты, накинул сверху безразмерную футболку и босыми ногами прошлепал к зеркалу. Высохшие как попало волосы пришлось забирать в пучок, чтобы не распугать всю живность в округе.
Оказалось, что уже некоторое время меня на крыльце ждут вчерашние мужики.
 — Утречка.
 — Да уж к обеду время, — заметил кто-то из них.
 — Чего хотели? — не стал тянуть я.
Тетя Ира как бы невзначай пыталась что-то найти на одной из полок ровно позади меня, хотя я был уверен, что она просто грела уши.
 — Поговорить…
Смущенных представителей сильного пола сегодня прибавилось. Что-то мне подсказывало, что мужики вчера если и не проверили, то спросили кого-то более авторитетного, чем там их женщины писают.
 — Говорите.
 — Это вот тебе…
Мне снова передали сумку. Бартерная система в деревне работала честно.
 — Эт что? — спросил я, заглянув внутрь.
 — Ну там клубники немного, сала банка…
 — А от меня что нужно?
Разговор начинал напоминать речь Кличко.
 — Поговорить… — снова уведомили меня.
Если бартерная система настолько хорошо работала, то просить всякую еду было как-то невыгодно. Готов спорить, что у теть Иры и клубника, и закатки свои не хуже. Надо было извлекать выгоду.
 — Не могу, мужики. Теща вон забор просит починить. В город с Ваньком поедем за материалами. Он хоть знает как чего. Я же вообще не шарю.
Тетя Ира сзади замерла. Ни о какой починке забора мы не говорили, в город тоже никто не собирался. Да и какой город, если я только встал, а время уже обедать.
 — А много надо-то? — спросил кто-то из толпы.
 — Теть Ир, там сколько чего нужно? — спросил я, потому что вообще не представлял что к чему.
 — Ой, да там четыре столба, да штакетника на них. Это сзади до калитки там прогнило все, — с готовностью отозвалась женщина.
 — Толян, у тебя осталось че после ремонта?
 — Красивого не найду, да и столбов нет.
 — Столбы у меня есть. Валяются без дела, — отозвался, кажется, тот, кому я давал бутылочку.
Мужики посовещались и решили, что забор починят, сейчас только за материалами и инструментом сгоняют. Слаженно договорились кто что несёт и разошлись.
 — Прохвост, — с улыбкой протянула тетя Ира, когда народ сдуло с крыльца, и шлёпнула меня полотенцем по заднице.
 — А что? Надо какую-то выгоду извлекать из этого процесса.
Пока меня кормили, в огород уже стекались люди. Ваня пошёл помогать, я решил просто не мешать. В морозилке обнаружил лёд, заварил мяту с лимоном, подумав, что после всего этого мужики могут побежать за пивом, а могут и не побежать, если предложить что-то другое. Пока все это остывало, я удобно устроился на раскладном стуле в огороде, наблюдая за процессом.
 — Интересная у тебя эта… — не выдержал один из мужиков.
 — Кто?
Я ожидал снова вопросов про татуировки, но разговор пошёл в другую сторону.
 — Жизнь интимная.
 — Чем? — спросил я, понимая, что Ваня напрягся, а помня тетю Иру и ее внезапные разговоры, паниковать не следовало.
 — Ты весь в отметинах… Аленка тоже…
Утром девушку я не видел. Не помню я ее и вечером. Они как пришли из бани, так я ее и не видел. Но совпадение было забавным. Если на ее шее уже кто-то заметил засос, то сделал его тот парень… Как же она его назвала? Саша? Вроде так.
 — Вот такая у нас жизнь молодая.
Вскоре в огороде появилась наглая рыжая морда деревенского кота. Он деловито прошёл между мужиков, понюхал опилки и залез мне на колени. Оказалось, что Ржавый был ничей. Кормили его всей деревней, так что кот вполне себе был доволен жизнью и агрессию не проявлял.
Вспомнив про остывающий графин, я ссадил Ржавого с колен и пошёл в дом. Уже на крыльце понял, что у нас опять гости, вот только не ожидал, что их будет столько. Не найдя своих мужиков, женская часть деревни быстро сообразила, чем они у нас тут занимаются. А потом внезапно решила погонять чаи вместе с тетей Ирой.
 
 — А мой! Мой тоже вчера пришел… загадочный такой, — смеялась одна из женщин. — Мялся весь, а потом спросил.
 — Доброго дня, — появился я на пороге. — Кажется, я знаю, что вы обсуждаете.
 — Садись, Мартьяш, тут у девчонок вопросов к тебе не меньше, чем у мужиков.
Мне освободили место за столом, подставили еще стул. С девчонками тетя Ира хватнула, конечно. Некоторые дамы были уже больше бабушками.
 — А я вот и не думала никогда, что они не знают! — продолжала вещать женщина.
 — Анатомию? — уточнил я.
 — Да! — хором ответили мне.
 — Это отсутствие полового воспитания. Они просто воспринимают женское строение по аналогии с мужским.
 — Ой да, — вздохнула одна из бабушек. — Половое воспитание это важно. Мне вот уже восемьдесят шесть, а я только сейчас книжки читаю и понимаю, что у меня вся жизнь могла по-другому сложиться.
 — Почему? — спросил я на свою беду.
 — Ну как? Я замуж в девятнадцать вышла, а мужу почти тридцать было тогда, — она махнула рукой. — Да только возраст тогда вообще значения не имел. Ничего мы не знали. Ни мать не рассказала, ни в школе, ни книжек не было. Свадьбу сыграли, а до этого дела не дошло. Меня тогда тетка в гости позвала, спрашивала, как что, а я что ей отвечу? Она нас у себя и оставила. На кухне положила. Давайте, мол, чего вы у матери стесняетесь. Борьке хоть и было лет уже, а он даже не знал, куда и совать. Мне самой пришлось направить. И так больно было, что я ему спину в кровь разодрала. А он потом довольный такой был, гладил все меня. Мать сказала тогда терпи, все, замужем теперь. Я всю жизнь и думала, что у всех так. Все, мол, терпят.
Я смотрел на эту женщину, слушал ее рассказ и покрывался противными мурашками от ужаса. При этом она даже в таком возрасте была очень миловидной и аккуратной. Как так? Почему ей так не повезло в жизни с мужчиной?
 — Потом с детьми еще. У нас же не получалось. Это сейчас пять операций, повырезали мне все уже. А тогда я по врачам бегала, говорила, миленькие, сделайте что-нибудь. А они мне, мол, что мы сделаем? У вас все хорошо. Мужа приводите. Я уговорила, привела. И точно! У него там что-то было. Ему таблетки прописали дорогущие. У нас и денег таких не было, да и откуда, я всю жизнь воспитателем в детском саду, муж у меня на заводе. Скопила, заказала, а он их и пить не стал. Что я, говорит, ущербный какой. Ну я обратно и понесла. Возьмите, говорю, хоть за полцены.
Я не мог поверить своим ушам. При этом женщина говорила так спокойно, будто пересказывала не свою жизнь, а какой-то сериал.
 — Он еще тогда сказал, мол, иди нагуляй, вырастим вдвоем. А как я нагуляю? Он у меня один всю жизнь был. Да и такое отвращение всегда было к мужчинам, к интиму. На меня ведь внимание обращали, а я даже в их сторону не смотрела. Так и считала всех детей в саду своими. Они мне уже взрослыми письма писали, про своих детишек рассказывали.
 — Нинка, а что за книжки ты сейчас читаешь? — спросила одна из женщин.
Бабушка тут же покраснела, засмущалась, но все же ответила:
 — А мне дочь одной моей подруги дала книжку, где написано, как это и что. Муж уже семь лет как умер. Я одна сейчас. Только вот думаю иногда, что вот помру я, родственники приедут мое барахло разгребать, а у меня книжка там эта. Я под столом на крышку карман такой приклеила. Туда ее прячу. А то скажут, что бабка на старости лет совсем поехала умом.
 
Женщины захихикали, я тоже нашёл в себе силы улыбнуться, потому что пребывал все еще в шоке от рассказа.
 — А еще врач тут прописал мазь мазать. Туда. А я и говорю, как я мазать-то буду? Я туда больше занесу заразы всякой. А она мне, мол, купите пачку этих, ну… презервативов. Надевайте на пальцы и мажьте. Я купила, в ящик спрятала. А сама думаю, что вот помру я, родственники приедут, а у меня книжка про это самое под столом и презервативы спрятаны.