"Большой Брат": Ходячие Мертвецы. Второй сезон (СИ)
ШЕЙН: Тупой план.
РОЗИТА: Это твой шанс доказать, что ты не сволочь. Помогай давай! А завтра действовать будем по ситуации.
МИШОНН: Это добром не кончится.
РОЗИТА: Собрание закрыто!
При свете луны народ возвращается в лагерь. Под неодобрительные взгляды Кэрол и Мишонн, Шейн подходит к Губернатору, который, сидя у костра, строгает клюшку для гольфа из длинной палки.
ШЕЙН: Здаров, чувак.
ГУБЕРНАТОР: Приветствую, мой недалекий друг.
ШЕЙН: Помню, трахаемся мы с Андреа в машине...
ГУБЕРНАТОР: (медленно поднимая голову) Что?
РОЗИТА: (наблюдает издалека) Во, уже начал. Молодец, Шейн. Так держать.
КЭРОЛ: Судя по лицу Филипа, Шейн опять несет околесицу.
МИШОНН: (осторожно) Розита, а ты точно не сублимируешь после всей этой истории с Тарой?
РОЗИТА: (нервно смеется) Ерунда какая.
ААРОН: Слушайте, а что за шум? Как будто...
Трещат кусты. Во двор дома въезжает велосипед. Мартинес спрыгивает с него, бежит к Шейну и одним ударом посылает его в нокаут. Шейн падает прямо возле костра.
МИШОНН: ГОСПОДИ!
ГАБРИЭЛЬ: Он горит! Он горит!!!
Губернатор молниеносным движением отдергивает Шейна от костра, стаскивает с себя плащ и тушит им загоревшуюся рубашку.
КЭРОЛ: (подбегая) Какого черта?!
МАРТИНЕС: (пиная Шейна) Вставай давай!
РОЗИТА: (отпихнув его) Ты чего творишь!
МАРТИНЕС: Чего я творю?! Что он творит!
ААРОН: (щупает пульс Шейна) Поздравляю. Вырубили его в третий раз. На рекорд идем.
ШЕЙН: (резко открывая глаза) ЧТОЗАНАХЕР!
МАРТИНЕС: Поднимайся, пидор, и прощайся со своими зубами!
БОЛЬШОЙ БРАТ: Я весь день предупреждаю первую команду о том, что за драки последует наказание. Но нет, Цезарь, ты пришел драться сюда. Поздравляю, твоя команда будет наказана.
МИШОНН: Шейн, не смей ему сдачи давать!
ШЕЙН: (шатаясь, поднимается на ноги) Что тебе от меня надо, гондон?!
ГУБЕРНАТОР: (держит Шейна за руки) Что бы там ни было, драка отменяется.
МАРТИНЕС: Хуй там отменяется, выходи на честный бой!
ГУБЕРНАТОР: Мартинес, отставить! Погубил свою команду – нашу на дно не тяни!
МАРТИНЕС: (Шейну) Из-за тебя, козла, Тара плакала! Что ты за мудила такой, а?!
РОЗИТА: О боже... Цезарь, перестань. Я поговорю с Тарой завтра, все нормально будет!
КЭРОЛ: Мы уже наругали Шейна, и он будет мыть посуду всю неделю.
МАРТИНЕС: Что... Посуду мыть? Может, еще по голове его погладите?!
ШЕЙН: Слышь, дебил, я раскаялся десять раз! А ты кончай перед своей подружкой выслуживаться, не оценит, она по Эспинозе сохнет, а на тебя ей срать!
Повисает страшная тишина.
ШЕЙН: Бля. Рубильник.
МИШОНН: Вот так вчера все и началось...
С диким криком Мартинес набрасывается на Шейна, и Губернатор вынужден отступить, чтобы не оказаться втянутым в драку. Глядя, как двое мужчин катаются по земле, Габриэль тяжело вздыхает.
ГАБРИЭЛЬ: Я передумал. Я отзываю свой голос. Любовь не приводит ни к чему хорошему.
РОЗИТА: Неа. Не-е-е. Отозвать голос нельзя. Филип обречен.
ГУБЕРНАТОР: Что, простите?
РОЗИТА: Я сказала “Филип”? Я имела в виду “Шейн”. Шейн обречен, сейчас его уделают. Ой, надоели вы мне все. Я спать!
КЭРОЛ: И я спать. Это надолго, а смотреть тошно.
МИШОНН: И я. Этот дурдом меня больше не касается.
ААРОН: Спокойной ночи всем!
ГАБРИЭЛЬ: Спаси нас Господь...
Конец сорокового дня.
====== День 41. Суббота. Задание ======
Команда №2
Мишонн выходит утром во двор и видит мрачных Мартинеса и Шейна, которые сидят на крыльце рядышком. Оба выглядят ужасно. Розита хлопочет рядом, промывая им ссадины и заклеивая пластырями, которые в посылке с едой прислал Большой Брат.
МИШОНН: И чем все вчера закончилось? Кто победитель?
МАРТИНЕС: Никто не победитель. Филип взял палку из костра и сказал, что подожжет нас, если мы не прекратим.
МИШОНН: (повернувшись к Губернатору) Вау.
ГУБЕРНАТОР: (пожав плечами) Толку не было, Уолш уже все равно поставил нашу команду под удар.
ШЕЙН: Меня начали мочить – и я же виноват!
ААРОН: Доброе утро! Господи, ребят, ну и видок. Никто ничего не сломал?
Мартинес и Шейн бормочут что-то.
БОЛЬШОЙ БРАТ: Приветствую всех. Сегодня день задания. И это первое задание, в котором ваши команды никак не будут пересекаться. Каждый будет трудиться на своей территории. Поэтому – Цезарь, возвращайся в дом. Остальным рекомендую расслабиться и ждать моих приказов.
Мартинес поднимается с крыльца и идет к брошенному неподалеку велосипеду. Потом оборачивается к членам второй команды.
МАРТИНЕС: Это. Извините. Уолш, и ты того. Этого. Извиняй, короче. Не знаю, что на меня нашло.
ШЕЙН: (ворчит) Ладно. Я тоже как мудак себя вел.
МАРТИНЕС: Может, жрачки на дорожку дадите? У нас шаром покати.
КЭРОЛ: Наглость – второе счастье, да, Цезарь?
МАРТИНЕС: Не, ну блин! Я не для себя! Я для девок. Не я ж один там голодаю. С тощим не поделюсь, обещаю.
РОЗИТА: Что там Гарет, опять вас достает?
МАРТИНЕС: Бля, даже не спрашивайте... По-хорошему, это я его вчера отпиздить должен был.
ШЕЙН: А хуле на мне-то оторвался?!
МАРТИНЕС: Не у тебя одного рубильник срывает! Так хавки подкинете или нет?
МИШОНН: Эй, у нас с вашей командой торговые отношения. Ты должен что-то предложить взамен.
МАРТИНЕС: Нет у меня ничего – только этот велосипед калечный!
МИШОНН: (быстро) Подойдет.
РОЗИТА: Точно! Будем на нем к ручью ездить, а то каждое утро тащимся за тридевять земель, только чтобы помыться.
КЭРОЛ: Погодите, а разве это не велосипед Гарета?
МАРТИНЕС: Гарет отсосет.
Хватает мешок с выменянной на велосипед едой и уходит в лес.
ШЕЙН: Если кому интересно, я вчера победил.
КЭРОЛ: Нет, не победил. Филип же вас разнял.
ШЕЙН: Но когда он разнимал, я побеждал!
Все смотрят на Губернатора.
ГУБЕРНАТОР: В каком-то смысле это правда.
ШЕЙН: (расправив грудь) Не ссать никому! Я на страже этого дома!
ГУБЕРНАТОР: ...не без помощи святого отца.
Народ в шоке поворачивается к Габриэлю, который тихонько стирает свои трусы в тазике неподалеку.
ГАБРИЭЛЬ: А?
ААРОН: Габи, ты помог Шейну драться?!
ГАБРИЭЛЬ: (скромно) Совсем чуть-чуть.
ШЕЙН: (нехотя) Да, святоша подсобил мальца.
РОЗИТА: Габи, ты герой!
ГАБРИЭЛЬ: Стараюсь...
ШЕЙН: Хорош его восхвалять! Это чучело начало нас обрызгивать из бутылки со святой водой и изгонять бесов! Я-то привык, что святой отец у нас долбанутый слегка, а Мартинес отвлекался!
ААРОН: Нам что, и святую воду поставляют?
ГАБРИЭЛЬ: Это была минералка, я... Я ее освятил. И вон ту бутылку тоже, не трогайте ее.
Кэрол как раз собирается лить воду из этой бутылки в кастрюлю с овсяными хлопьями.
КЭРОЛ: Окей. (берет другую бутылку)
ГАБРИЭЛЬ: Эта тоже!
КЭРОЛ: Габриэль, ты так не увлекайся! Освятил немножко – и хватит, а то совсем без питьевой воды останемся.
ГАБРИЭЛЬ: Я бы, наоборот, запасы сделал. Вот какие ужасы бывают ведь.
ААРОН: Да-а-а, появление Мартинеса было внезапным. Но так трогательно, что он пришел мстить за Тару!
ШЕЙН: Охрененно трогательно, мне чуть нос не сломали! (быстро) Точнее, я чуть человека не убил.
РОЗИТА: Я все еще не верю, что Цезарь в нее действительно так втюрился.
ААРОН: Розита, только не говори, что ревнуешь!
РОЗИТА: (вспыхнув) Я не ревную! Я просто говорю, что “Большой Брат” славится эффектом внезапных парочек.
ААРОН: Что еще за эффект внезапных парочек?..
РОЗИТА: Когда люди долго живут вместе на шоу и в итоге влюбляются, хотя в жизни никогда бы не сошлись. Цезарь просто опух от того, что рядом слишком долго нет какой-нибудь длинноногой девицы с огромными сиськами. Я ничего не хочу сказать про Тару, она красавица, она очень классная! Но не его стиль! Или вот Мерл и Андреа. Мутили-мутили, и ничего не вышло, да, Филип?
ГУБЕРНАТОР: Мне-то что за дело.