Общение по-взрослому (СИ)

 — А над созданием рабочей группы подумай. Не прямо сейчас, а на следующий год. Можем попробовать запустить это в рамках экспериментального курса. Толковых ребят у нас на факультете много, а управлять ими не нужно будет. Нужно будет объяснить и научить правильно составлять проекты, программы этих проектов и непосредственно выбирать формы представления этих программ. Первый раз попробовать запустить на базе нашего университета и партнеров, а если пробник получится, то подумаем, куда шагать дальше.
 — Ты хочешь год на энтузиазме прогнать, а потом выбивать под это публикации и финансирование? — уцепился я за идею.
 — Я предложил бы тебе сразу попробовать найти под это спонсоров, но это будет сложно сделать без базового проекта. Опять же примерную программу обучения придётся набросать тебе, а студентов брать постарше, чтобы не с нуля.
 — Постарше — это каких? Которые уйдут на следующий год? Так себе затея.
За это я уважал Зотова. Он умел так подцепить каждого, что работа кипела. И деканом стал именно он не зря.
 — Согласен. Твои предложения?
 — Первый и второй курс самые рисковые — слишком много отсеивается. Смотреть по результатам второго курса. И работать на перспективу с теми, кто уже учится и планирует дальше оставаться в профессии.
 — Неплохо. У тебя есть еще время подумать над этим. Больше полугода. Придёшь осенью даже с черновиком такого курса — возьму в работу, — пообещал Генка.
Нужно собрать методические рекомендации по написанию программ курсов дополнительного образования, четко определить цели и задачи, чтобы исходя из этого потом определить конечный результат этого курса. Что именно должно стать продуктом на выходе? Умение работать с определенными видами документов и актов? Бесполезно. Это штамповка очередных делопроизводителей. Нам же нужно что-то более узкопрофильное, но с широким набором навыков… Я тряхнул головой, чтобы сбросить лишние мысли.
 — Ладно, это не прямо сейчас, — притормозил я, вспоминая, что программа экспозиции ждёт меня дома. — Написал?
 — Да, вот, — засуетился Горячев.
 — Практикант? — прищурился Генка.
 — Да.
 — Так вот чего ты примчался. В гильдию их потащишь?
 — Было бы странно не воспользоваться косяком Эдуарда и не протащить наших студентов на практику в организацию, куда входят все ведущие ювелирные бренды.
 — Ты неисправим, — закатил глаза Зотов и вышел из кабинета.
Это было полным провалом. В следующий раз нужно придумать что-то не настолько… правдоподобное, чтобы отвлечься уже от учебного процесса.
А пока мы остаёмся одни лишь в коридоре на выходе из секретариата. Горячев стоит сейчас прямо передо мной, а у меня нет повода даже просто его коснуться.
 — Нужно будет найти девчонок, позвонить, написать, как хочешь, но заявления и документы должны лежать у Эвелины сегодня же. Понял? — я говорю это тише, заставляя его прислушиваться, добавляя тех же тягучих ноток в свой голос, что и в общении по телефону. — Это очень важно.
 — Да. Хорошо, — говорит он тоже тише обычного, совершенно неосознанно перенимая мою манеру.
 — Если Эвелина опять свалит гонять чаи, то хватай Ариса и тащите ее работать.
 — Я понял.
И только усилием воли я заставляю себя сделать шаг назад и вернуться в машину.
========== 2.5 ==========
Она сидит напротив меня и улыбается. Когда-то я готов был отдать многое за такой вот спокойный совместный обед. Красивая, опасная женщина.
 — С чего вдруг сама решила приехать? — спрашиваю я, прекрасно понимая, что это не ее уровень.
 — Тебя увидеть хотела.
Прямолинейность — одна из тех черт, которые мне всегда нравились в Юле. Если она чего-то хотела, то просто брала. Когда-то так было и со мной. Но сейчас не осталось ни искорки — все отношения свелись к деловому общению и наличию общих воспоминаний.
 — И как? — самодовольно спрашиваю я, понимая, что ее бесит мой вид.
 — Отвратительно, — брезгливо морщится она.
Да, на мне рубашка без галстука с расстегнутыми двумя верхними пуговицами, волосы, которые я то и дело убираю с глаз — результат сушки по дороге. Это не предел мечтаний женщины, что одета сейчас с иголочки. Я смеюсь ей в ответ, продолжая бесить еще больше.
 
 — У меня выходной. Могу себе позволить.
 — Ощущение, будто ты приехал не из дома. Признавайся, завёл себе кого-то?
На моем лице не дергается ни один мускул. Я слишком хорошо знаю ее, чтобы дать хоть малейший намёк. Юля прищуривается. Она чует это на подсознательном уровне, но не получает ни одного физического подтверждения.
 — Нет. Просто устал и заработался.
 — Помочь расслабиться? — хмыкает она.
Хуже всего, что Юля не шутит и такими предложениями бросается очень редко.
 — Прекрати. Ты замужем, — напоминаю я.
 — Точно. Совсем забыла, что ты у нас главный борец за моральные нормы.
После всего, что мы творили, пока встречались, это скорее напоминание, чем насмешка. При наших ссорах и последующих бурных примирениях опасно было присутствовать. Хотеть друг друга двадцать четыре на семь, заводить, провоцировать…
 — Так что тебе нужно?
 — Я хочу, чтобы ты взглянул на одну вещицу…
А вот это уже было ближе к истине.
 — Не доверяешь себе же?
 — Мне нужно подтверждение со стороны.
Такие услуги никогда не были бесплатными.
 — Что мне за это будет?
 — А что ты хочешь? — улыбнулась женщина, а я почувствовал нос ее изящной туфельки на своей лодыжке.
 — Услуга за услугу. Но тебя я пока оставлю в своих должниках.
 — Ладно, — она резко переменилась в лице, став серьезной. — Завтра вечером ты сможешь приехать?
 — Договорились.
***
Утром мне все же удалось уговорить Горячева на видеочат. И это заставило меня о многом задуматься. Через пару дней он перестанет мне звонить, потому что ему это просто не нужно. Но согласие на видео говорило об обратном.
Столько всего навалилось, а мои мысли заняты каким-то мальчишкой. Нужно было взять перерыв и отдохнуть. Завтра я просто отключу телефон и буду недоступен для всех. Нужно привести в порядок мысли и дать Горячеву время сориентироваться и уйти или заскучать и остаться. А пока я решил взять инициативу в свои руки и сам начать звонить Горячеву, заставить его ждать моего звонка, думать обо мне.
Только это почти напрочь вылетает из моей головы. Я уже еду домой поздно вечером после встречи с Юлей и вспоминаю, что обещал позвонить ему. Рука тянется за телефоном прямо в машине, но я вспоминаю, как не доехал до кофейни в прошлый раз, а потом и вовсе ловлю себя на мысли, что собрался набрать номер с привычной симкарты.
Я поднялся в квартиру и только сейчас поднёс трубку к уху.
 — Привет, солнышко. Я разбудил тебя?
Бросаю ключи на тумбочку и снимаю пальто.
 — Почти. Я читал.
 — Что читал?
От его голоса в пустой квартире мне становится даже как-то уютнее. Я представляю, что он лежит пригревшись где-нибудь на моем диване под пледом. Рядом стоит чашка остывшего чая, лежат учебники, тетради…
 — Так… по учебе кое-что.
Я впервые всерьёз задумываюсь, а не признаться ли мне? Испугается? Уйдёт?
Завариваю чай, потому что хочется чего-то горячего.
 — Нравится учиться?
Это же вполне невинный вопрос? Что если я сейчас услышу что-то о себе?
 — Да, интересная специальность, очень крутые преподы.
 — Сказано без энтузиазма, — я усмехаюсь, пытаясь все же не выдать себя.
 — Нет, правда. Это скорее у меня не все получается.
Я видел его оценки и результаты. Там нет ничего особенного. Как я считал? Проходняк? Серость?
 — Сложно учиться? — прикусываю язык, потому что интерес становится навязчивым.
 
 — Сложно совмещать учебу и желание выбираться куда-то с друзьями, гулять.
Я не могу сдержать смеха.
 — Я в твои годы тоже не был таким серьезным. Хотелось попробовать все в своей жизни.
И ведь я многое успел. Лишь тяга к чему-то большему, уговоры Зотова и собственное упрямство заставили меня изменить вектор.