Поиграй со мной (СИ)
— Для тебя это всего лишь обучение?
Поворачиваюсь, понимая, что сказать правду о своих мыслях — еще один способ его поддеть.
— Мы ни на что другое не договаривались, Вань.
Повисает пауза. Я некоторое время стою, ожидая от него ответа или каких-то действий, но их не следует. Тогда я просто захожу в ванную и слышу, как громко хлопает его дверь. Еще не успев включить воду, слышу знакомые ноты из колонок и смеюсь, начиная подпевать.
— За дверь я выгнан в ночь, но выйти вон и сам не прочь. Ты без меня хоть застрелись. Все решат, что это твой каприз, повтори его на бис…*
Комментарий к Апрель
Ария «Грязь» («Генератор зла» 1998 г.)
========== Красный ==========
Комментарий к Красный
*Иррумация - оральная практика, когда партнёр совершает активные толчковые движения членом в ротовую полость.
Досушиваю волосы и слышу, что соседская дверь открылась. Он появляется на пороге, наблюдая за моими сборами. Некоторое время игнорирую его, жду следующего шага, но он просто смотрит, да так, что я чувствую кожей его взгляд.
— Ты что-то хотел? — не выдерживаю я.
— Какое смазло лучше утащить для следующего раза? — говорит это так уверенно, что я аж сглатываю, уже представляя этот следующий раз.
— А ты к нему готов?
— Готов.
Открываю шкаф. Там на верхней полке стоит брендовый бумажный пакет — подарок Стивена. Рядом еще коробка с БДСМкой. Достаю те самые анальные шарики с длинными перемычками и длинную плеть из мягкой кожи.
— Это домашнее задание, — поясняю я.
Расправляю на столе отрез атласной чёрной ткани, сверху аккуратно укладываю плеть, как долбаный перфекционист — хвост к хвосту. Ровно параллельно плети — бусы, ниже расходники — тюбик смазки, флакон спрея, несколько презов. Если он разберётся хоть в половине этого… по телу проносится дрожь предвкушения. Я снова одергиваю себя.
Будто почувствовав мое состояние, Ваня подходит и обнимает, вжимаясь бёдрами в мой зад. Чувствую его стояк и стараюсь не поплыть прямо сейчас.
— В чем заключается задание?
— Изучить предмет, понять для чего он используется и придумать сценарий на вечер. Приду спрошу, — сбрасываю его руки, понимая, что еще пара минут и я уже никуда не пойду.
Позорно сбегаю из дома, потому что его решительный вид действует на меня просто крышесносно. Помогите мне. Как теперь на работе думать о работе, когда вокруг только секс-игрушки?
Но рабочие вопросы захватывают с головой. Рутина есть даже у нас. Так что уже к обеду забываю даже поесть. Данька, видя мое состояние, спрашивает, хочу ли я сока, а получив утвердительный ответ, оставляет коробку ананасового. Приколист. Меня кормит Ульяна, утаскивая с рабочего места в небольшую комнату типа столовой.
А вот после обеда становится понятно, что в офисе делать практически нечего. Съемки новых пробок прошли отлично и были закончены еще утром. Обзор на следующую неделю готовить не мне. И даже Юлька вернулась на работу, решив свои дела. Покопавшись в коробке с пробниками у Даньки в кабинете, я выуживаю несколько интересных оральных, которые одному тестить было не прикольно.
На улице душно, за это я не очень люблю лето. В метро открыты все окна и мне сдувает волосы. Я захожу по дороге в магазин, на автомате думая, что нужно взять что-то, чтобы мы с Ваней поужинали. Забывая, что нет никаких «мы». Что я вообще о нем знаю? Об этом любителе чая, над которым то и дело издеваюсь. И ведь не стыдно же совсем. А парень там переживает, старается, подстраивается.
Он выходит из своей комнаты в одних шортах, чтобы встретить меня. Это странно, но внутри разливается какое-то тёплое чувство. Наверное, как-то так люди и успевают соскучиться.
— Привет, — мнётся он.
— Привет, — улыбаюсь я и протягиваю ему пакет с продуктами.
Сейчас мы больше похожи на пару, потому что он подхватывает пакет, срывает с моих губ легкий поцелуй и идет на кухню. Мимиметр зашкаливает. Я тихо заглядываю в свою комнату. Девайсы лежат в беспорядке, значит он их хотя бы трогал.
— Ты выполнил домашнее задание? — спрашиваю я, проходя мимо кухни в ванную.
Вода не даёт мне услышать его ответ, но кажется, Ваня и не говорит ничего. Слышу только шум электрического чайника и шуршание пакета. За день парень явно успел остыть. Жаль, его тихое утреннее раздражение придавало остроты.
Я выхожу на кухню с намерением снова его поддеть. Ляпнуть что-то такое, что вызовет в парне очередную волну протеста, заставит выйти за рамки привитого воспитания, превращающего его — сильного и сексуального парня — в скромного стеснительного мальчика.
— Ты хорошо себя вёл? — спрашиваю я, садясь за стол и наблюдая, как он заваривает чай.
Сейчас я чувствую себя мазохистом, потому что хоть и верю в лучшее, но ведь не знаю до конца, что там внутри, что прячется за этими рамками. Он уже сказал однажды, что хочет причинить мне боль, и я допускаю такой исход, но кто знает… не раскопаю ли я там что-то большее, чем желания среднестатистического садиста.
— У меня есть вопросы, — говорит он.
— Это хорошо.
Я удивился, если бы он не задал мне ни одного.
— Когда ты планируешь съехать?
Мой удивленный взгляд встречается с его упрямым, и я не выдерживаю, отворачиваясь. Перегнул палку утром?
— Договор аренды на три месяца, но смогу и раньше, если нужно.
— Я тебя прибью сейчас.
Только после этих слов я вдруг понимаю, что он напряжен, натянут, будто струна. Он сидел весь день и накручивал себя, метался в своих же рамках, за которые так и не смог выйти, будто тигр в клетке.
Я поднимаюсь со стула, но не подхожу к Ване близко, оставаясь на расстоянии вытянутой руки. Вижу, как он напрягается, ожидая новой выходки, и понимаю, что мне и делать ничего не нужно. В момент, когда он только начинает поднимать руку, я делаю шаг назад, разворачиваюсь и быстро иду к себе. Парень устремляется за мной.
В мою комнату мы уже просто влетаем, я резко разворачиваюсь, смотрю на этого пылающего парня и просто невероятно завожусь. Мне некуда бежать дальше, но в этом и весь план. Делаю пару шагов назад, бросаю красноречивый взгляд на стол, где все еще лежит и плеть, и все остальное. Она слишком мягкая, чтобы причинить мне вред, но я достал именно ее совершенно по другой причине. Ваня медленно подходит ближе, я облизываю губы, потому что хочу его.
— Ты же тащишься от всего этого…
Витая металлическая ручка плети ложится в его руку просто идеально. Это не какой-то уникальный девайс — очередной подарок производителя с работы, но в его руках она не смотрится вычурной или театральной. Хвосты плети, увлекаемые его рукой, с тихим шелестом медленно соскальзывают со стола. У меня сбивается дыхание от нетерпения и возбуждения. Ваня подходит очень близко. Из-за разницы в росте я теперь не вижу выражения его лица, но наблюдаю, как он переворачивает плеть другой стороной. В роли противовеса на ней стеклянный кристалл, которым он проводит по моим губам. Послушно открываю рот.
— Я ведь правильно понял, что спрей, который ты оставил, для глубокого минета?
— Да…
Только это не просто спрей для глубокого минета, как написано на упаковке. Это скорее спрей для иррумации*. С обычным минетом у меня проблем бы не возникло. Ваня смутно представляет, как им пользоваться, да и наносить его кому-то без должной сноровки сложно. Поэтому я слышу пусть не приказ, но просьбу:
— Так примени его.
Я максимально открываю рот, высовывая язык, чтобы спрей попал именно в горло. Он мятный на вкус, но это больше чтобы заглушить горечь остальных компонентов. Действие чувствуется практически сразу, во рту все немеет, теряя чувствительность. Но эффект недолгий — порядка десяти минут всего. Приходится действовать самому, а не ждать его распоряжения.
Опускаюсь на колени, стягивая с Вани шорты с бельём. Я обхватываю головку стоящего члена губами, но не двигаюсь дальше, предлагая парню сделать это самому. Он быстро соображает, а может просто от нетерпения, но вторгается в мой рот, сначала неглубоко, а потом все резче, проталкиваясь в самое горло. Я сначала не понимаю, почему он сбивается с ритма — не устал же. Замечаю его состояние и понимаю, что он на грани, но смущение не даёт дойти ему до самого конца и кончить на меня. Только теперь беру инициативу в свои руки, точнее рот, додрачивая собственным горлом, чувствуя терпкую тёплую сперму на языке.