Поиграй со мной (СИ)

Мы вполне мирно проводим остаток дня, даже выбираемся прогуляться. Она хохочет всякий раз, когда люди обращают на нас внимание, как на странную пару. А в итоге вообще заваливаемся в кино на какой-то ужастик. Аленка оказывается общительнее своего брата.
Когда в парке отыскивается свободная скамейка, мы останавливаемся на ней, чтобы перекусить всякой гадостью, взятой на вынос.
 — А ты не такой отвратительный, как мне показалось.
 — Ага, — усмехаюсь я. — Ты тоже.
 — Так что у тебя с Ваней?
 — Я с ним сплю, — говорю я, а потом добавляю: — Благодаря тебе в одной комнате.
 — Не смешно.
Вечером она спокойно уходит в комнату Вани. Кажется, я почти справился.
На следующий день я встречаю парня в лифте по дороге на работу. Он уже поднялся, а я собирался спускаться. Пока никто не видит, заталкиваю его внутрь и целую. Как же странно мы смотримся в зеркале. Парень в адидасовской толстовке и татуированное нечто в чёрном свитере. Возбуждение накатывает мгновенно, но я опаздываю на работу, а лифт уже доехал до первого этажа.
 — Хочу тебя, — выдыхаю в губы Вани, но выхожу из кабины.
 — Уже скоро, — обещает он, нажимая кнопку нужного этажа.
Всего одна минута, а я весь горю так, что хочется наплевать на все. Я утащил бы его куда угодно. Я снял бы номер на ночь, нашёл бы свободную квартиру, но мы не можем. Весь в мыслях о Ване я ехал на работу.
В офисе как всегда кипела жизнь. Приехали образцы от нового для нашей компании поставщика. Я уже видел и трогал их на одной из выставок. Там были интересные экземпляры, но игрушки по прайсу достаточно дешевые, что сказывалось на качестве.
 — О, Март, — поймал меня Данька. — Это тебе.
Он протянул мне увесистый чёрный пакет. Я заглянул внутрь и остался приятно удивлён.
 — А ты умеешь…
 — Мне нужен обзор на распорки, но я накидал тебе туда всякого.
Мои мысли текут в рабочую сторону. В рабочую!
 — Он не согласится, — выдыхаю я. — Мне нужно будет искать модель для фотографий. И тогда все будет еще хуже…
 — Почему?
 — Потому что кого бы я не притащил, Ваня будет против.
А у меня снова начинался синдром новой игрушки, когда то, что тебе дали на обзор нужно попробовать вот в ближайшее время.
 — Найди фотографа, — накидывал варианты Данька.
 — Я не полезу в кадр. Минус моих татуировок в том, что они слишком приметные.
Эту тему нужно будет еще обдумать, а пока я порылся в своем столе. Есть некоторые игрушки, которые представители дарят нам, но те же бесконтактники я не мог использовать из-за одной маленькой детали, а точнее ее отсутствия. Была попытка у кого-то из наших приставлять его к уздечке, но результаты оказались так себе.
Отрыв нужную коробку, я вскрыл ее, собрал содержимое в мешок, который производитель прикладывал к каждой игрушке, и бросил в пакет к БДСМке. И вот ведь дилемма. Я не могу найти фотографа и сам залезть в кадр, но и пригласить кого-то я тоже не могу, потому что Ваня будет ревновать, а если я попрошу его сняться с кем-то, то ревновать буду уже я.
Придя домой, я обнаружил залипающую в телефон Аленку на кухне и шумящую воду в ванной. Прикинув, что наедине мы больше не останемся, я вытащил заветный мешочек из рюкзака, зашёл на кухню и протянул его ей, приложив палец к губам, чтобы она молчала. Хоть в ванной и лилась вода, но слышимость в квартире была отличная.
Девушка нахмурилась, забрала у меня из рук подарок, развязала веревочки на мешочке и радостно уставилась на меня. Я снова приложил палец к губам и показал в сторону ванной. Аленка закивала, вскочила и бросилась мне на шею. Пришлось молиться, чтобы Ваня не вышел именно в этот момент.
Решив переодеться, я вернулся в свою комнату, но девушка последовала за мной.
 — Март, — прошептала она, остановившись на пороге. — Ваня не умеет врать. Что между вами? Ты ведь спишь с ним.
 — Нет, — тоже шепотом ответил я. — Можешь меня ненавидеть, но я прежде всего люблю его.
Признание сорвалось легко и естественно, отчасти потому что все внутри протестовало слову «спишь», а еще всегда проще рассказывать о таком посторонним людям. Я нарушил обещание, но совершенно не испытывал угрызений совести.
 
В ванной перестала течь вода. Аленка еще что-то хотела мне сказать, но понимая, что Ваня скоро выйдет из ванной, лишь вернулась на кухню. Брат с сестрой собирались идти гулять. Я отказался составить им компанию.
========== Иванушка ==========
Сквозь сон я слышу, как они возвращаются. И дело не в позднем времени, просто я читал и уснул, завернувшись в плед и пригревшись. Дверь в мою комнату закрыта и свет не горит, но Ваня должен понять, что я дома по обуви в прихожей. Я отворачиваюсь к стене, надеясь снова провалиться в сон. Что-то не так с моим состоянием, но это не болезнь, скорее усталость.
Сначала кажется, что все происходящее мне только снится. По телу скользят сильные руки, забираясь под майку, находя пирсинг в одном из сосков, поглаживая ласково, неторопливо. Он тут же твердеет под настойчивыми пальцами, отзываясь на требовательные касания. Ваня переворачивает меня на спину, я тянусь его обнять, но получается только скользнуть ладонями по плечам и выше, к шее, к щекам. Он находит губами пирсинг и касается языком.
 — Что ты делаешь? — спрашиваю шепотом, начиная возбуждаться. — Она же услышит.
 — Да, — шепчет он, опаляя дыханием мою кожу. — Тебе придётся быть тихим.
 — После недельного воздержания?
 — Ты же хотел секса в публичном месте. Там тоже нужно быть тихим. Считай, что это репетиция.
 — Вань, — все еще зову я, надеясь, что он шутит.
Но парень настойчиво задирает мою майку и принимается стаскивать с меня белье. И это такие странные ощущения. За стенкой его сестра, а я даже не могу оценить, спит ли она. Мне бы стоило отговорить его, но я возбуждаюсь уже просто от того, что Ваня навалился сверху, прижал меня к матрасу и покрывает поцелуями. Мышцы сводит от ощущения близости. Сравнение секса с зависимостью уже не кажется мне таким забавным. Я держался всю неделю, а теперь он сам срывает мне тормоза.
Он приподнимает бедра, чтобы избавиться от белья, а потом трется головкой о вход, вызывая во мне желание забить на подготовку, хоть этого делать и нельзя.
 — Вань, — снова зову я.
 — Молчи, иначе мне придётся заткнуть тебе рот, — говорит он в самое ухо.
 — Членом?.. — только и успеваю спросить я, а он уже зажимает мои губы своей огромной ладонью.
И вроде бы крепко, но аккуратно, потому что чувствует шарик пирсинга над губой и старается его не вдавливать. Мой заботливый Иванушка…
Теперь я в прямом смысле задыхаюсь от ощущений. Потому что он продолжает тереться о меня головкой, а ртом прикусывает сосок без сережки и оттягивает его зубами. Вот это пробуждение, вот это я понимаю «милый, если когда ты придёшь, я буду спать, то разбуди меня и трахни…», вот именно об этом я и мечтал, если бы его сестра не была за стенкой.
Ваня убирает руку и тянется за смазкой, которую я, естественно, никуда не убирал, когда прятал игрушки.
 — Ты такой нежный, — подливаю масла в огонь, — я весь теку.
Но он почти не растягивает меня, скорее просто распределяет смазку, едва погружая один из пальцев внутрь.
 — Нежный? Я в ярости, Март…
 — А, это ярость… — Он оставляет укус чуть выше соска, а я уже готов сам затыкать себе рот. — Господибожемой, я всегда теперь буду тебя бесить.
 — Март! Ты хоть понимаешь, почему я в ярости?
 — Догадываюсь. Но виноватым себя не считаю, — шепчу я, понимая, что Аленка раскололась по поводу бесконтактника. — Это просто клиторалка, Вань…
 
Он застывает, сжимая в руке мой член. Тут-то я понимаю, что мы разговариваем не об этом.
 — Ты что-то подарил моей сестре?
 — Вань…
Он снова зажимает мне рот ладонью и входит буквально только на головку, а потом выходит. Я задыхаюсь от ощущений и начинаю дрожать. Хочу большего, хочу его всего.
 — Так что ты ей подарил?